Сирия-2017: направление к победе

Короткая ссылка
Александр Сотниченко
Александр Сотниченко
Политолог, востоковед

2016 год стал поистине переломным для сирийской войны. Блестяще проведена операция в Алеппо, которая завершилась полным разгромом группировки боевиков в восточных кварталах города. Многие территории освобождены посредством переговоров с последующей высылкой самых непримиримых террористов в Идлиб. Турция из противника превратилась в партнёра по мирному разрешению кризиса, начало которого будет положено в Астане в начале февраля. Возникает законный вопрос — когда нам ждать окончания войны и какие крупномасштабные наступления будут проведены в 2017 году? 

Несмотря на целую серию успешных операций против боевиков из различных организаций, до сих пор большая часть территории Сирии находится под властью вооружённой оппозиции. Однако оппозиция эта весьма неоднородна. На севере огромные пространства попали под власть готового отстаивать свою независимость курдского правительства. К северу от Алеппо часть территории оккупирована турецкими войсками, принимающими участие в операции «Щит Евфрата». Под контролем боевиков движения «Джабхат Фатх аш-Шам»* (бывшей «Джабхат ан-Нусры», общепризнанного террористического движения) и других из числа так называемой «умеренной оппозиции» полностью находится провинция Идлиб и частично провинции Алеппо, Латакия, Хама на севере и Сувейда, Дараа и Кунейтра на юге. Самые значительные по площади территории на востоке страны до сих пор контролируются террористами ИГИЛ*. 

Как сирийскому правительству восстановить контроль над страной? Против кого следует направить основной удар сирийской армии для достижения максимального эффекта, а с кем вести переговоры? 

В условиях поддержки курдов со стороны США и ЕС восстановить контроль над северными районами страны сейчас невозможно. Конфликт приведёт к обострению противоречий с Западом и затянет гражданскую войну. Кроме того, столкновению сирийской армии с Силами демократической Сирии препятствует также почти полное отсутствие соприкосновения между ними на востоке страны. Курды держат в полном окружении контролируемые правительственными войсками анклавы в северных провинциях. При поддержке американцев они уже провели в 2016 году успешную операцию по выдавливанию сирийских войск из ряда кварталов города Хасеки, и любое обострение завершится полной потерей влияния Дамаска в контролируемых курдами районах.

То же касается и контролирующих ряд территорий на севере турок. Анкара из врага превратилась в партнёра, чьи интересы в Сирии необходимо учитывать. Российская авиация в последнее время бомбит позиции ИГИЛ под Эль-Бабом, помогая продвижению турецких войск и явно рассчитывая на успешное взаимодействие в будущем. Поэтому конфликтовать с ними, требуя передачи захваченных территорий под власть Дамаска, пока не время.  

Остаются южный фронт Свободной сирийской армии вдоль границ с Иорданией и Израилем, занятые боевиками пригороды Дамаска, провинция Идлиб и огромные пространства к югу от Евфрата, находящиеся под контролем ИГИЛ. На освобождение каких территорий будут брошены главные силы сирийской армии в ближайшее время? 

Французский политолог Фабрис Баланш считает, что следующей целью станет Идлиб. Действительно, это самый крупный анклав вооружённой оппозиции на севере страны. Туда удалось загнать значительное количество радикалов из сдавшихся окружённых районов Дарейя, Мадайя, Хан аш-Ших и Алеппо, в связи с чем там уже давно наблюдаются конфликты между местными и пришлыми боевиками. В своё время так поступил отец нынешнего президента Сирии Хафез Асад — загнал всех последователей движения «Братья-мусульмане» в Хаму, а там уже учинил над ним расправу. 

Однако нынешнюю историю нельзя сравнивать с 1982 годом. Тогда президенту благоприятствовала международная ситуация, а сейчас абсолютное большинство боевиков в Идлибе находятся на содержании Саудовской Аравии, США, Турции и Катара. С началом операции все мировые СМИ начнут выть о «слезинке ребёнка» и «точечных бомбардировках школ» (https://www.youtube.com/watch?v=7sPY0X8SrLo — чудесный репортаж о школе им. бен Ладена в Идлибе), что наверняка испортит отношения России с новой администрацией США, Турцией, Европой и странами Персидского залива. Битва за Идлиб обещает быть чрезвычайно тяжёлой. С учётом новоприбывших из других районов Сирии в провинции Идлиб скопились, по некоторым подсчётам, до 60 тыс. боевиков, среди которых немало готовых к самоподрывам членов «Джабхат Фатх аш-Шам». Местность там пересечённая — горы, холмы, леса, большие и маленькие города и деревни. Наступление на Идлиб вполне может затянуться на многие месяцы, если не годы, а также серьёзно испортить международный имидж России и Сирии. 

Ещё одной целью для будущего наступления могут стать анклавы бандформирований в пригородах Дамаска. Столица Сирии до сих пор под угрозой — ближайшие позиции боевиков находятся всего в 1 км от Старого города. Российское посольство подвергается регулярным обстрелам, поскольку от занятого весьма «умеренным» движением «Файлак аш-Шам» района Джоббар его отделяют всего 2,5 км. В конце декабря 2016 года занимающие район Вади-Барада террористы взорвали водопровод, и Дамаск до сих пор испытывает серьёзные проблемы с обеспечением водой. Может быть, стоит сначала освободить столицу, а затем уже двигаться дальше? 

Однако освобождение Дамаска и пригородов связано с такими же трудностями, что и освобождение Идлиба, только вместо пересечённой местности армию здесь ждёт плотная городская застройка. За всё время войны чрезвычайно мало территорий здесь было освобождено в результате боевых действий — в основном в ходе переговоров. В отличие от обширной приграничной провинции Идлиб, все анклавы боевиков полностью окружены сирийской армией, поэтому мирное решение здесь пользуется куда большим спросом — главное, хорошо удерживать блокаду. 

Южный фронт также имеет свои особенности. Он простирается вдоль границ с Израилем и Иорданией и является самым спокойным. С февраля 2016 года многие боевики придерживаются режима перемирия, а сирийская армия опасается идти на конфликт с ними вблизи израильской границы, чтобы не провоцировать могущественного соседа на ответные действия — на каждый снаряд, даже случайно запущенный в их сторону, израильтяне отвечают массированными обстрелами позиций именно сирийской армии. 

Не зря боевики «Джабхат Фатх аш-Шам» и движения «Халед ибн-Валид» (с мая 2016 года присоединились к ИГИЛ) самые важные объекты — штабы, склады боеприпасов, позиции артиллерии и танков — устанавливают в непосредственной близости от границы. Сколько ни пытались в конце 2016 года американцы из иорданского центра планирования операций оппозиции (МОC — Military operation center) побудить боевиков к активным действия против сирийских властей, чтобы отвлечь их внимание от Алеппо, те так и не повелись на провокации, предпочитая отмывать деньги, полученные от контрабанды оружия, боеприпасов и вполне «мирных» продуктов через иорданскую границу. Стоит ли ворошить это притихшее осиное гнездо именно сейчас? 

Несмотря на явные успехи сирийской армии, значительная часть территории Сирии по-прежнему находится под властью ИГИЛ. Это огромные пространства к западу и югу от реки Евфрат, а также почти вся протяжённость сирийско-иракской границы. Главным образом это незаселённая пустыня, однако там есть богатые месторождения нефти и газа, а долина Евфрата ещё и весьма плодородна. 

В декабре 2016 года, пока все сирийские войска находились в Алеппо, ИГИЛ удалось отбить Пальмиру, что позволило главе Пентагона Эштону Картеру заявить о «нулевом вкладе России в борьбу с ИГИЛ». Для России это событие стало серьёзным ударом по имиджу. Однако те же западные источники в своё время высказывали сомнения в стратегическом значении Пальмиры после её взятия в апреле 2016 года. Стоит ли захватывать бесплодную пустыню вместо стратегически важных провинций Идлиб и пригородов Дамаска? 

Разумеется, одного имиджевого значения древнего памятника для разворачивания полномасштабной операции на востоке страны недостаточно. ИГИЛ в Сирии сильно ослаблен. Сейчас террористам приходится сражаться сразу на трёх фронтах — в иракском Мосуле, севернее Ракки против курдов и под городом Эль-Баб против наступающих турецких войск. Наверняка под Пальмирой войск у них сконцентрировано не так много, что облегчает проведение операции. 

Напомним, в результате наступления ИГИЛ в 2014—2015 годах сирийское правительство лишилось почти всех своих месторождений нефти и газа, что самым негативным образом сказалось на обеспечении страны электроэнергией (свет дают всего на несколько часов в день) и бензином. Нефть сейчас поставляет Иран, однако весьма нерегулярно, и эти поставки давно уже стали инструментом влияния Тегерана на сирийскую власть. В случае освобождения газовых и нефтяных месторождений в провинциях Хомс, Ракка и Дейр эз-Зор сирийское руководство сможет не только удовлетворить внутренний спрос, но и поставлять часть энергоносителей на экспорт, что значительно поправит его плачевное финансовое положение. 

Изгнание ИГИЛ из Сирии силами сирийской армии при поддержке ВКС сможет радикально изменить имидж президента Башара Асада и России, которые, наконец, докажут всему миру, кто является настоящим борцом с международным терроризмом. Кроме того, крайне важно войти в соприкосновение с наступающими на ИГИЛ с севера действующими под руководством курдского правительства в Камышлы силами Демократической Сирии. Это позволит начать переговоры между официальным Дамаском и курдскими сепаратистами, причём позиции сирийского правительства будут сильнее их оппонентов. 

Дело в том, что курды на северо-востоке Сирии располагают значительными запасами нефти (до 65% от всех сирийских запасов). В настоящее время они не могут их нормально разрабатывать в связи с отсутствием требуемого оборудования и специалистов. Переработка находится на крайне низком кустарном уровне. Экспортировать нефть некуда — с одной стороны недружественные турки и курды из Иракского Курдистана, с другой — ИГИЛ. Сирийское правительство после взятия провинции Ракка может оперативно восстановить располагающийся там магистральный нефтепровод, который ранее поставлял нефть с северо-востока страны к перерабатывающим мощностям в городах Хомс и Баниас, а также к экспортным терминалам на берегу Средиземного моря. Это позволит курдам экспортировать нефть и иметь с неё доход, а сирийскому правительству — заставить курдов забыть о своей независимости и в значительной мере восстановить единство страны. 

Таким образом, главным фронтом сирийской войны в 2017 году станут территории, захваченные ИГИЛ. Сирийское правительство при поддержке России постарается отбить у террористов богатую нефтью и газом пустыню, что позволит Дамаску значительно укрепить свою финансовую состоятельность и подготовиться для полного восстановления контроля над всей Сирией, который уже будет проводиться в большей степени путём переговоров с курдами и боевиками «умеренной оппозиции» при посредничестве Анкары.  

* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), «Джабхат Фатх аш-Шам» («Джабхат ан-Нусра») — террористические группировки, запрещённые на территории России.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Самые свежие новости России и мира на нашей странице в Facebook
Сегодня в СМИ
  • Лента новостей
  • Картина дня
Загрузка...