Бог и его саксофон: 90 лет назад родился Джон Колтрейн

Короткая ссылка
Если попросить любого человека, хоть немного знакомого с джазом, назвать несколько имён, без которых невозможно представить себе музыку ХХ века, имя Джона Колтрейна наверняка прозвучит одним из первых.
Бог и его саксофон: 90 лет назад родился Джон Колтрейн

Почти столетие прошло со дня рождения Колтрейна и без малого полвека, как он покинул этот мир — при том, что активная сольная карьера уместилась едва в десятилетие — но степень его влияния на развитие джаза, да и вообще современной музыки, не уменьшается со временем. Две вершины его творчества, сохранённые звукозаписью, альбомы Giant Steps (1960) и A Love Supreme (1965), входят в фонотеку любого уважающего себя меломана, даже не особенно привязанного к джазу. Поклонение Колтрейну после его смерти в 1967-м достигало иногда гротескных масштабов: пастор Африканско-православной церкви (отколовшаяся в 1921 году от Американской епископальной церкви чернокожая община) по имени Франдзо Кинг провозгласил музыканта святым и основал в Сан-Франциско храм в его честь, существующий до сих пор, с выполненными в манере восточного христианства иконами св. Иоанна, благословляющего прихожан саксофоном, и службами под его записи. Первоначально преподобный Франдзо вообще предполагал, что Джон Колтрейн был новым воплощением Господа на земле, но, к счастью для всех, передумал.

Сам Колтрейн, впрочем, вряд ли одобрил бы подобные эксцессы. Отвечая за год до смерти на вопрос японского журналиста, кем он видит себя через пять лет, он сказал: «Святым». Несмотря на сложные отношения с миром — его проблемы с алкоголем и наркотиками, в конце концов и сведшие его в могилу, общеизвестны, и излишне поминать их снова — в духовной сфере неистовый Трейн (как звали его поклонники) был более осторожен. В заметках на вкладке к A Love Supreme он писал о случившемся с ним в 1957 году: «Я испытал по милости Божией духовное пробуждение, которое должно было привести меня к более полной, богатой, продуктивной жизни. Тогда же, из благодарности, я покорно попросил для себя средств и способностей делать других счастливее через музыку». Это Колтрейну, без сомнения, удалось, хотя его собственная жизнь не была исполнена житейских радостей.

Джон Уильям Колтрейн родился в бедной, но музыкальной семье в Хамлете, штат Северная Каролина, 23 сентября 1926 года. С 13 лет юный Джон играл в школьном оркестре — на флюгельгорне и кларнете. В сентябре 1943 года мать подарила ему первый саксофон-альт, который он быстро освоил и уже полтора года спустя играл в ресторанном трио с фортепиано и гитарой. В июне 1945-го он впервые услышал, как играет Чарли Паркер. «Меня как по лбу ударило», — вспоминал Колтрейн в интервью джазовому журналу «Даун Бит» 15 лет спустя. В августе Колтрейн завербовался на флот и год провёл на Гавайях в составе военного оркестра. Там же, на базе в Перл-Харборе он получил и первый опыт работы в студии.

Уволившись в запас, Колтрейн вернулся на континент, в Филадельфию, и с головой окунулся в бушевавшую тогда волну би-бопа. Он играл с Диззи Гиллеспи, Эрлом Бостиком, Кингом Колаксом и другими знаковыми фигурами джаза; одновременно он переключился на тенор-саксофон, ставший впоследствии его основным инструментом. В начале 1950-х он познакомился с молодым пианистом Хасаном Ибн Али (имя при рождении — Уильям Лэнгфорд), манера игры которого послужила основой для собственного стиля импровизации Колтрейна, названного критиком Айрой Гитлером «пластами звука».

В 1950-е Колтрейн работает в качестве сайдмена с такими великими музыкантами, как Телониус Монк, Кэннонболл Эддерли и Майлс Дэвис. Тогда же он впервые применяет прогрессию, известную и поныне как матрица Колтрейна и ставшую одним из краеугольных камней нарождавшегося модального и фри-джаза. К концу декады Колтрейну становится тесно в рамках чужих составов, поэтому он начинает сольную карьеру в качестве лидера собственной группы вышедшими в 1957 году альбомами Coltrane (впоследствии переиздавался также под названием First Тrane) и Blue Train.

Продолжавшиеся религиозные и духовные искания Колтрейна были тесно связаны с его творческой и личной жизнью. Уже упоминавшееся знакомство с пианистом Ибн Али и женитьба в 1955-м на обращённой мусульманке Наиме Граббс пробудили в музыканте интерес к исламу, и, как следствие, к музыкальной традиции Ближнего Востока. Наиме была посвящена одна из лучших романтических пьес Колтрейна из альбома Giant Steps.

В 1963 году супруги расстались, и музыкальные и духовные искания Джона отправились ещё дальше на Восток — в модную тогда Индию. К списку штудируемой им литературы (Коран, Библия, книги по каббале, труды Платона и Аристотеля) прибавились «Бхагавадгита» и «Провозвестие Шри Рамакришны». Записанный за один день, 9 декабря 1964 года, диск A Love Supreme стал квинтэссенцией религиозного и художественного поиска музыканта.

Здоровье Колтрейна было подорвано алкоголем и наркотиками, хотя большинство коллег не догадывалось о его состоянии. Он умер от рака печени 17 июня 1967 года. На прощальной службе в лютеранской церкви св. Петра в Нью-Йорке играли Альберт Эйлер и Орнетт Коулмен, фигуры в истории джаза почти равновеликие Колтрейну. Но только почти.

Владислав Крылов

Сегодня в СМИ
  • Лента новостей
  • Картина дня
Самое читаемое
Загрузка...
Документальный канал