От Константинополя до Стамбула: что скрывается за переименованием столицы двух империй

28 марта 1930 г. по указу Мустафы Кемаля Ататюрка Константинополь был переименован в Стамбул. Смена вывески на вратах Царьграда стала одним из заключительных этапов реформ первого президента Турции и символизировала окончательный отказ страны от османского политического наследия и переход на светские рельсы. Сегодня город-легенда, расположенный в двух частях света, снова на распутье — между европеизмом Ататюрка и неоосманизмом Эрдогана.
  • РИА Новости

Новое имя — новая судьба. Стамбул не раз испытывал на себе справедливость этого тезиса. Впервые крутой разворот в истории города случился в 330 году: по велению Константина древнегреческий Византий стал Новым Римом — официальной столицей Римской империи, а спустя почти полвека он подарил своё родовое название её восточной преемнице. Однако в качестве Нового или Второго Рима город просуществовал немногим более столетия и опять был переименован: столица Византии была наречена Константинополем.

Очередной поворот судьбы произошёл в 1453 г., когда град Константина был завоёван турками и провозглашён столицей Османской империи. Формально он сохранял прежнее название, но оно было переиначено на турецкий лад — Костантинийэ. Неофициально же новые хозяева окрестили его Истанбулом. А цивилизованный мир стал называть этот город просто — Стамбул.

Двойное название — двойная жизнь: крупнейший центр восточного христианства превратился в центр исламского мира. В таком двусмысленном положении Стамбул-Константинополь просуществовал до провозглашения республики. А потом решительной рукой Ататюрка город был лишён столичного статуса и вскоре переименован.

Кстати, вместе с Константинополем вывески сменили и другие турецкие города с греческими корнями: новоявленная столица Ангора стала Анкарой, Смирна — Измиром, Адрианополь — Эдирне. А чтобы любителям старины было неповадно смотреть в прошлое, корреспонденцию с пометкой «Константинополь» отправляли обратно, уведомляя адресата, что такого города не существует.

Слово и дело

Но, прежде чем менять указатели, первый президент Турции провёл в жизнь свои знаменитые реформы, превратившие страну из отсталого халифата в процветающую светскую республику.

Турция преобразилась внешне и внутренне. Женщины получили равные права с мужчинами — и обязательное ношение мусульманской одежды ушло в прошлое. Был введён новый латинизированный алфавит, сменивший арабскую вязь. Канули в лету законы шариата, уступив место Гражданскому кодексу. И наконец Турция приняла единую для всего прогрессивного человечества международную систему времени, календаря и мер. Таким образом, перед Турцией открылись двери в европейскую семью народов.

Не менее ощутимыми стали преобразования в экономике. Реформы дали толчок бурному развитию промышленности. Страна переживала индустриальный бум, возводились предприятия, строились дороги. Сельское хозяйство благодаря частному предпринимательству шагнуло из допотопного состояния в новую технологическую эру. Одним словом, модернизация шла полным ходом.

Финальным аккордом симфонии реформ стало изменение имени и самого первого президента Турции. Согласно закону о фамилиях Великим национальным собранием Турции ему была присвоена фамилия Ататюрк («отец турок»), больше, правда, напоминающая почётное звание.

Вперёд в прошлое

Завоевания Мустафы Кемаля Ататюрка казались незыблемыми. Но лишь до прихода к власти Реджепа Тайипа Эрдогана. Новый рулевой турецкой республики настойчиво прокладывает курс в сторону Османской империи. Чтобы понять это, достаточно обратить внимание на такие говорящие мелочи, как увеличение числа мусульманских школ, разрешение носить хиджабы в светских вузах и даже в парламенте, а также на возрождение моды на бороды — прежде турки, подражая Ататюрку, брили подбородки и отращивали усы. Показательно и недавнее высказывание первой леди Турции Эмине Эрдоган, которая публично заявила, что «гарем — прекрасная школа жизни».

Ползучая исламизация проникает во все сферы жизни республики, а главное — в умы её граждан. И сегодня неоосманские идеи многим туркам, особенно молодым, уже не кажутся утопичными. Сладкие грёзы о возрождении халифата Эрдоган подкрепляет радикальными мерами: отказом от миролюбивой внешней политики Ататюрка и агрессивными действиями на международной арене, закручиванием гаек внутри страны и гонениями на свободную прессу. А также сезонными, так сказать, профилактическими порками высшего военного руководства, ещё недавно являвшегося гарантом и опорой светскости Турции. Ведь и сам Ататюрк, чьи портреты сегодня исчезают с улиц, орденов и вымарываются из школьных учебников, был представителем турецкого генералитета.

Если так пойдёт и дальше, то, возможно, не за горами времена, когда столица двух империй и духовный центр двух религий, снова сменит и имя, и судьбу.

Илья Оганджанов

Сегодня в СМИ
  • Лента новостей
  • Картина дня
Самое читаемое
Загрузка...
Документальный канал