В Великобритании появился союз разоблачителей

Правдоискатели и разоблачители — люди, делающие достоянием общественности преступления внутри государственных структур и частных компаний — часто становятся жертвами своего разоблачения. Чтобы защитить их, в Великобритании была создана организация, цель которой — помочь людям, борющимся за правду. Подробнее о ней рассказывает директор «Центра журналистских расследований» Гэвин МакФадиен.

Мы беседуем с Гэвином МакФадиеном, директором «Центра журналистских расследований» - он расскажет нам о новой группе в Великобритании, которая объединяет тех, кто не может молчать.

Гэвин МАКФАДИЕН: Мы создали группу информаторов-разоблачителей в Великобритании, потому что в этой стране они очень слабо защищены. Защита со стороны закона – лишь на словах, очень слабая. То есть разоблачителям предлагается решать проблему внутри своей собственной компании, правительственного учреждения или где угодно, где они работают. И это сразу же делает их уязвимыми для возможного возмездия. Психологическое давление на разоблачителей очень сильное. Их семейная жизнь, как правило, заканчивается крахом – странно, да? – муж или жена не выдерживают огромного финансового давления, судов и полиции. И в отличие от случаев, когда вам уж совсем нечего терять или, напротив, действительно есть за что бороться, если вы находитесь где-то посередине, то вам очень трудно. Сражаться с крупным противником – огромной корпорацией – неимоверно сложно. Они наймут массу адвокатов и без проблем найдут миллионы фунтов, чтобы выступить против вас, будьте уверены. Они займутся отслеживанием вашей личной жизни во всех ее подробностях. Они подделают вашу трудовую биографию и будут всем говорить, что вы всегда были сумасшедшим, даже если вы только что получили повышение. Они сделают все, что угодно, чтобы дискредитировать вас. Семьям это очень тяжело пережить. Часто бывает так, что недоброжелатели приходят к вашим работодателям и говорят: «Тут у вас работает один тип – у него жутко сомнительная репутация». Как это выдержать? Те, кто не могут молчать и приходят к нам, на вопрос «Чем вам помочь в первую очередь?» просят психологической помощи: совета, консультации - им необходимо выговориться. Часто они просто оказываются на улице. Пара дней судебных заседаний обойдется в 15 тыс. фунтов, что намного больше, чем у любого работяги есть в наличии. Так что бороться очень непросто. Во многих сферах деятельности нет соответствующих профсоюзов, которые могли бы помочь. И люди просто предоставлены сами себе. Именно поэтому мы создали организацию WISTLEBLOWERS UK, которая подобно профсоюзу могла бы своими силами помогать тем, кто не может молчать. Я единственный у нас не являюсь разоблачителем, а все остальные – являются. Но я занимаюсь журналистскими расследованиями, работаю с разоблачителями уже 35 лет, и видел, что порой случалось с некоторыми из них. У нас был один осведомитель, который помогал мне с нашим фильмом в Великобритании – на него напали с ножом на улице, он тогда еле выжил. После этого я особенно остро почувствовал, что мы просто обязаны как-то помогать этим людям.

В: Разоблачителей в Великобритании часто называют лучшими людьми, но из того, что вы говорите, можно заключить, что далеко не все так просто.

О: Совсем непросто. У них благие намерения, но им пока не хватает сил. Работодатели и правительство постарались сделать многое, чтобы законы в действительности не работали. По закону, вы идете к независимым «внешним регуляторам», а их просто не существует. Поэтому вам приходится обращаться к кому-то в самой компании, чтобы сообщить о том, что вас волнует – о фактах коррупции, небезопасных условиях, химической опасности – о том, что действительно тревожит людей. Так что мы просто обязаны найти площадку, которая бы действительно работала. В Швеции, к примеру, есть закон, согласно которому того, кто не раскрывает информацию общественной важности, заключают в тюрьму. Другими словами, закон поощряет тех, кто сообщает о незаконных вещах, которые непосредственно касаются интересов общества. Вы обязаны раскрыть это. Похожая ситуация и в американском гражданском праве. Например, если вы сэкономите правительству много денег, раскрыв уклонение от уплаты налогов, оно даст вам 10% от сэкономленного. И подобные случаи, когда разоблачители получали кучу денег, происходят в Америке один за другим. Одна женщина получила 131 млн – $10% из недоплаченных правительству налогов, которые она помогла выявить. Эти примеры, возможно, подстегнут некоторых информаторов. Но мы придерживаемся другой точки зрения. За это не надо платить. Люди должны действовать не за деньги.

В: Существует ли в Великобритании традиция замалчивания?

О: Да, это давняя традиция, одна из немногих, которую в определенном смысле можно назвать уникальной для Великобритании. Идея такова, что полицейских просто не обвиняют в убийствах. За последние 20 с лишним лет в этой стране погибло более тысячи человек, находившихся под стражей, но при этом ни одного полицейского не признали виновным и все эти случаи замяли. Например, сильный резонанс вызвало знаменитое убийство бразильца де Мензеса – электрика– в 2006 году. Тогда семь полисменов в гражданском расстреляли его прямо на глазах у 40 перепуганных пассажиров метро. Их не то что не признали виновными – против них даже не возбудили ни одного уголовного дела. А женщина, отдавшая приказ стрелять, получила повышение – теперь она руководит британским отделом по борьбе с терроризмом. Вот каково определение слова «умалчивание». Так что мой ответ – да, существует. В: Как ваша группа намерена решить проблему этой традиции?

О: Мы всячески поддерживаем людей, выступивших с громкими разоблачениями. Мы оказываем им реальную юридическую помощь, защищаем и надлежащим образом представляем их интересы в суде. Мы оказываем и психологическую поддержку, чтобы они не чувствовали себя покинутыми. Также создана группа солидарности – например, у нас есть услуга сопровождения в суде. Когда человек, выступивший с разоблачительным заявлением, идет в суд на слушание, другой такой же человек – неважно, из какой группы – идет вместе с ним, держит его за руку, чтобы ему не пришлось в одиночку стоять перед полным составом юристов. Обычно с этой ролью лучше всех справляются медсестры, которых у нас много, они – просто молодцы. В: Почему? О: Потому что мир жесток, а они делают это бесплатно. Им мало платят, так с чего бы им терпеть нарушения условий, с которыми многие из них сталкиваются? Именно они – самые сильные и стойкие. Они стоят за нашими военными, за нашими финансистами – когда те идут в суд, обычно их сопровождает медсестра, врач или другой сотрудник сферы медицинского обслуживания. В: Гэвин, вы сами занимаетесь журналистскими расследованиями. Часто люди, которые раскрывают секретную информацию, служат основой расследования. Для тех, кто не в курсе, расскажите, насколько важна их роль в расследованиях? О: Это свидетели, которые поставляют информацию «из первых рук», например, что касается документов – ведь документы крайне важны, если мы хотим сделать достоверное сообщение. Наша работа должна отвечать таким же требованиям, что и у адвокатов на суде. Нам необходимо суметь доказать. А человек, который лично стал свидетелем события или смог изъять документы, становится важнейшим участником этого процесса. У нас есть один свидетель по имени Йен Фоксли. Он служил подполковником в британских вооруженных силах. Он был командирован в Саудовскую Аравию, чтобы проконтролировать продажу оружия на сумму более миллиона фунтов стерлингов. Прибыв на место, он обнаружил утечку сотен миллионов фунтов со счетов. Йен понял, что имеет дело с крупномасштабной коррупцией, и решил разоблачить воров. В итоге он едва остался в живых. Он пережил целое приключение, словно в фильмах про Джеймса Бонда, когда выбирался из Саудовской Аравии на глазах у сотрудников местной секретной службы – а ведь они вселяют реальный ужас: попадись им в руки, вряд ли уйдешь живым. Ему вообще повезло, что он смог оттуда выбраться. Его печатали на главных страницах всех крупных СМИ. Он – один из главных деятелей нашей организации, но у нас много кто побывал в подобных ситуациях. Так что у нас обширный опыт работы с журналистскими расследованиями, где улики играли главную роль.

В: Что бы вы посоветовали тем, кому, возможно, есть что рассказать, кто подумывает о разоблачении? О: Самое главное, с чего необходимо начать, – это обезопасить себя и свою семью. Все очень просто: если вы хотите позвонить, то не нужно этого делать из офиса или с вашего домашнего телефона. Нельзя использовать домашний или рабочий компьютер, если вы решили послать информацию по электронной почте. Никому не говорите о том, что вы делаете, ведите себя естественно, чтобы впоследствии подозрения не пали на вас. Это необходимо, чтобы защитить себя и избежать неприятностей. Езжайте в какое-нибудь небольшое интернет-кафе за пределами города, убедившись перед этим, что в нем нет камер наблюдения. Если все в порядке, то у вас есть семь-восемь минут для того чтобы позвонить или отправить электронное письмо представителям СМИ и быстро покинуть это место. После этого вам остается ждать, когда с вами свяжутся. В: Люди, выступающие с крупными разоблачениями, вероятно, сейчас встречаются все реже, учитывая некоторые громкие дела? Например, дело Джулиана Ассанжа, которое, как я знаю, вы лично довольно тщательно изучали. О: Как это ни странно, как раз наоборот. Прежде всего, смелость заразительна. Как еще можно охарактеризовать Джулиана Ассанжа, если не смелый? Он поведал миру больше историй, разоблачил больше преступлений и массовых убийств, в которых замешано правительство США, чем кто-либо другой. После всего этого он до сих пор жив. Возможно, он сейчас находится не в самых комфортных условиях в посольстве Эквадора, однако он все еще с нами. Он выкарабкается. Более того, ни один из тех, кто когда-либо использовал WikiLeaks, не был пойман. В: Давайте поговорим о реакции СМИ на случаи разоблачения. Сообщения в прессе о Джулиане Ассанже были очень противоречивыми. Почему мнения различных СМИ так расходятся?

О: Я думаю, что СМИ были настроены враждебно по отношению к Ассанжу, особенно британское издание Guardian, а также New York Times. Ведущие либеральные СМИ, если их так можно назвать, вероятно, отличаются самым критичным взглядом. Как ни странно, они с неодобрением относятся к таким, как Джулиан Ассанж, и некоторым другим информаторам. Однако больше всего негодования у них, без сомнения, вызвал Ассанж. Ведь он один предоставил больше материалов, чем они смогли добыть за 25 лет. Это очень не нравится представителям СМИ, ведь он не специалист, не один из них, они считают его «сумасшедшим австралийцем». И их это очень пугает, ведь он еще и вдохновляет других. Что интересно насчет WikiLeaks – они продолжают свою деятельность. В рамках WikiLeaks по всему миру работают 33 человека, выступающих с разоблачениями. Один из них в Болгарии, еще один – в регионе Аппалачи в долине Теннесси. Он делится правдой о том, что происходит в угольных шахтах. Это очень любопытно, учитывая, что к этому их подтолкнуло дело Ассанжа. Так что очевидно, что все эти события лишь побудили многих раскрыть информацию, а не наоборот. В том числе и нас. В: Люди, раскрывающие информацию, у многих часто ассоциируются с анонимным информатором Уотергейтского скандала под псевдонимом «Глубокая глотка» – призрачная фигура, которая всегда остается где-то в тени. Не могли бы вы вкратце пояснить и подытожить, почему так важно обеспечивать этих людей защитой?

О: Смелость заразительна. Если их не могут поймать, это стимулирует всех окружающих. Страх – вот что мешает людям, владеющим информацией. Если свести этот страх к минимуму, то мы узнаем гораздо больше. Будет проводиться больше журналистских расследований, глубоких и детальных. Мы сможем узнать правду о государственных корпорациях, на которую мы имеем право, но которую от нас скрывают. Мир, в котором много тайн, хранит в себе много опасностей. Мы стараемся приоткрыть завесу тайны и пролить свет. Именно в этом заключается разоблачительная деятельность, и чем таких людей больше, тем больше прольется света. В: Спасибо большое за интервью. О: Не за что.

Сегодня в СМИ
Лента новостей