Выступление Виталия Чуркина на заседании СБ ООН по созданию трибунала – полная версия

Совет Безопасности ООН сегодня не смог принять резолюцию по поводу создания международного трибунала по крушению малайзийского Boeing в Донбассе. Россия наложила вето на документ. 11 стран проголосовали за него, три воздержались – Китай, Венесуэла и Ангола. Постпред РФ в ООН Виталий Чуркин пояснил позицию России по этому вопросу. RT приводит полную версию его выступления на заседании.
  • © unmultimedia.org

Господин Председатель,

Прежде всего, хотели бы вновь выразить соболезнования семьям погибших, правительствам тех стран, граждане которых оказались в , потерпевшем крушение на Украине 17 июля прошлого года.

Россия последовательно выступает в пользу скорейшего установления причин крушения рейса МН-17 и привлечения виновных в этой трагедии к ответственности. Более того, мы неоднократно способствовали достижению этих задач реальными действиями.

Российская делегация сделала все необходимое для того, чтобы Совет Безопасности в кратчайшие сроки принял резолюцию 2166. При ее подготовке мы настаивали на закреплении положений о необходимости проведения всестороннего, тщательного, независимого международного расследования в соответствии с руководящими принципами международной гражданской авиации и при решающей роли ИКАО.

Более того, мы были полностью открыты для немедленного принятия еще одной резолюции, которая обеспечила бы скорейший доступ в район крушения миссии по расследованию. Однако заинтересованные государства предпочли действовать не через Совет, а на основании двусторонних договоренностей с , выработка которых заняла дополнительное время.

В резолюции 2166 мы настояли на включении в текст положения о немедленном прекращении всех военных действий в районе, непосредственно прилегающем к месту катастрофы. Именно российская делегация подняла в СБ вопрос о нарушении Киевом этого положения в августе, когда украинские власти в одностороннем порядке объявили о выходе из режима прекращения огня, в результате чего миссия по расследованию вынуждена была приостановить свою работу на длительный срок.

В рамках технического расследования российские специалисты в соответствии с приложением 13 к Конвенции о международной гражданской авиации передали голландской стороне всю информацию, которая у нас запрашивалась, включая данные радиолокационных станций ростовского центра Единой системы организации воздушного движения. Спустя несколько дней после авиакатастрофы российское Министерство обороны провело брифинг, на котором обнародовало в полном объеме имеющиеся у российской стороны спутниковые данные. Они также были направлены голландской стороне.

Свой анализ и расчёты по одной из версий катастрофы – о том, что самолет был сбит ракетой «земля-воздух» комплекса типа «Бук», - направили Нидерландам и специалисты российского концерна-разработчика «Алмаз-Антей». Для этого был снят гриф секретности с данных о тактико-технических характеристиках таких ракет.

Россия – единственная страна, которая обнародовала подобные данные.

К сожалению, спустя год с даты принятия резолюции 2166 сохраняются серьезные вопросы к тому, как проводятся текущие расследования. Российским экспертам не был обеспечен равный доступ к материалам технического расследования: они в одностороннем порядке предоставляют свои данные и расчеты, но остаются в неведении, что делается с ними дальше. При этом мы неоднократно предлагали предоставить квалифицированных специалистов и оборудование для проведения сложных экспертиз (например, металловедческой, которая позволила бы на основе исследования поражающих элементов установить тип ракеты, сбившей самолет). Все это осталось без ответа.

Что касается уголовного расследования, то оно проводится членами Совместной следственной группы (ССГ) в закрытом режиме. Сообщалось, что между пятью странами достигнуты договоренности о неразглашении информации. Какие в этом случае есть основания для того, чтобы быть уверенными в беспристрастности такого следствия? Способно ли это следствие устоять против агрессивного пропагандистского фона в СМИ? Способно ли оно выдержать прессинг очевидного политического заказа, когда заранее называются причины катастрофы и виновные? Причем такие заявления делают в том числе и руководители некоторых государств, входящих в следственную группу.

Российская Федерация была единственной страной, которая напоминала, что резолюция 2166 предусматривает всестороннюю помощь в расследовании со стороны ООН. Мы предлагали подумать над созданием поста Специального представителя Генерального секретаря, что способствовало бы обеспечению подлинно международного и транспарентного характера расследования. Но это наше предложение не было принято. Не выполненным оказалось и поручение Генсекретарю из резолюции 2166 представить в СБ комплексные предложения о возможных вариантах содействия расследованию со стороны ООН.

Что же мы получили в итоге? Подготовленный кулуарно, вне рамок Совета Безопасности, без вдумчивого рассмотрения имеющихся вариантов судебного преследования, проект резолюции СБ ООН по Главе VII Устава. Наша позиция о том, что этот шаг является преждевременным, плохо проработанным и юридически несостоятельным, не была услышана.

Мы внесли альтернативный проект резолюции СБ ООН, направленный на то, чтобы полностью реализовать потенциал резолюции 2166 и обеспечить расследованию подлинно международный, независимый и всеобъемлющий характер. После достижения этой цели можно было бы вернуться к рассмотрению вопроса о юридических механизмах привлечения виновных к ответственности. Хотели бы подчеркнуть, что предложенный нами документ «остался на столе»: содержащиеся в нем предложения и идеи считаем по-прежнему актуальными.

Мы неоднократно заявляли, что не поддерживаем идею создания трибунала по главе VII Устава ООН. Для этого нет никаких оснований с учетом, в частности, того, что Совет Безопасности в резолюции 2166 не квалифицировал трагедию Боинга в качестве угрозы международному миру и безопасности. Сложно объяснить, как завершившееся событие, которое год назад не считалось угрозой международному миру и безопасности, теперь вдруг становится ею.

В принципе вопросы организации уголовного судопроизводства – не дело Совета Безопасности. Известные исключения были сделаны в связи с необходимостью установления виновных в массовых преступлениях, отнесенных международным сообществом к категории наиболее тяжких.

Но и опыт трибуналов по бывшей Югославии и по Руанде вряд ли можно признать удачным с учетом их громоздкости, подверженности политическому давлению, дороговизны и чрезвычайной затянутости судопроизводства.

Прецеденты создания Советом международных трибуналов для привлечения к ответственности виновных в действиях, приведших к катастрофам на транспорте, не известны в принципе. Хотя сами подобные трагедии случались. Не обошли они и Россию: в 2001 году самолет авиакомпании «Сибирь» был сбит над Черным морем украинскими средствами ПВО. Речь не шла о создании международного трибунала ни тогда, ни по факту уничтожения пассажирского самолета авиакомпании «Иран Эйр» в 1988 году над Персидским заливом ракетой, выпущенной с американского крейсера. Проведенные в этих случаях национальные расследования – на Украине и в США соответственно – вообще не выявили состава преступлений, а принятая в связи с гибелью иранского лайнера резолюция СБ 616 не квалифицировала произошедшее в качестве угрозы международному миру и безопасности.

Приведем еще один пример. В 2010 году Россия сама выступила с инициативой создания специального международного суда для преследования пиратов. Побудил нас к этому беспрецедентный рост числа пиратских нападений у берегов Сомали. Эффективных механизмов судебного преследования пиратов тогда не существовало (пойманных морских разбойников зачастую просто отпускали). При этом идея международного суда по пиратам поддержки в СБ не получила, несмотря на то, что квалификация ситуации в качестве угрожающей международному миру и безопасности была в наличии. Аргументы о неэффективности, громоздкости и нерасторопности подобных механизмов звучали тогда в числе основных, при этом как раз от тех, кто сейчас поддерживает проект по «Боингу».

Таким образом, приходится констатировать, что проект, вынесенный сегодня на голосование, был лишен какой-либо правовой и прецедентной основы. Мы неоднократно разъясняли все это коллегам, призывали подумать над альтернативами. Однако авторы проекта отказались действовать в духе сотрудничества, поставили его на голосование, заранее зная, что это не приведет к положительному результату. Это, по нашему мнению, указывает на то, что политико-пропагандистские цели для них оказались более важными, чем практические. Это достойно сожаления.

Господин Председатель,

В заключение хотели бы со всей определенностью подтвердить, что Россия готова продолжать содействовать проведению полного, независимого и объективного расследования причин и обстоятельств гибели малайзийского авиалайнера с опорой на положения резолюции СБ ООН 2166 в целях выявления виновных и их последующего наказания.

Занятая нами сегодня позиция не имеет ничего общего с поощрением безнаказанности.

Сегодня в СМИ
  • Лента новостей
  • Картина дня
Самое читаемое
Загрузка...
Документальный канал