Из Африки в Сибирь: потомок колонистов из ЮАР намерен получить российский паспорт

Южноафриканец Йоханнес Дю Туа, который много лет прожил во Франции, намерен получить гражданство РФ. Он рассказал, что его предки переехали в ЮАР из французского Лилля в 1686 году и стали одними из первых жителей в колонии буров — фермеров европейского происхождения. Более трёхсот лет Дю Туа прожили в Южной Африке, однако Йоханнес решил связать свою жизнь с Россией. В Красноярском крае он встретил свою жену Дарью. В интервью RT южноафриканец рассказал, почему называет себя Ваней, хочет взять фамилию супруги и получить российский паспорт.

— Расскажите, как ваши предки оказались ЮАР?

— Мы буры-африканеры, предки которых приехали из Голландии, Франции, Германии. Наша община — это сотни тысяч белых южноафриканцев, которые говорят на нашем родном языке — африкаанс. Буры появились здесь в 1652 году, когда первый корабль переселенцев прибыл в ЮАР, в Кейптаун. Город стал пристанищем для голландских моряков, где они могли пополнить запасы продовольствия по пути в Индию и Китай.

Французские протестанты, которые бежали сюда из-за войны в Европе 330 лет назад, брали в жёны голландских женщин, поэтому быстро утратили французский язык и культуру. Они начали говорить на голландском, который со временем трансформировался в самостоятельный язык — африкаанс.

В течение последних 370 лет в Южной Африке часто менялась государственная власть. Почти каждые 40 лет — новое государство и новая идеология. 

—  Как складывалась ваша жизнь? Вы бывали за пределами Африки?

— Да, я жил много лет во Франции, работал в разных местах: сфере коммуникаций, продажах, туристическом бизнесе. У меня хороший английский, я понимаю по-голландски. Много путешествовал и даже получил диплом по богословию.

— Почему именно религия?

— Мое религиозное образование — часть нашей культуры, так как мы, буры, — верующие протестанты. Как я уже говорил, наши предки уехали из-за гонений в католической Франции, но мы всегда хранили верность Священному Писанию. И поэтому я предпочёл получить диплом по богословию. Сейчас учусь в магистратуре.

— Как вы познакомились с вашей русской женой?

— Я приехал в Россию по делам в 2015 году и попал в Красноярский край. Несмотря на то, что я из Южной Африки, этот холодный, даже экстремальный климат пришёлся мне по душе. Я полюбил тайгу, научился кататься на лыжах и вообще влюбился в Сибирь.

Там же я познакомился с будущей женой Дашей. Мы поженились в 2016-м, а через год, 1 июля 2017 года, у нас родилась дочь, Виктория Ивановна Вахрушева.

— Почему Ивановна?

— Мое имя звучит как Йоханнес, и русские друзья называют меня Ваня или Иван. Именно поэтому ещё два года назад я подал в ЮАР заявление, чтобы поменять имя, фамилию и отчество на Иван Леонович Вахрушев. Но местные чиновники моё заявление проигнорировали.

— В ЮАР не принято менять имена?

— Формально у нас есть такое право. Но когда пару месяцев назад я разговаривал с местным руководителем управления внутренних дел, он повёл себя агрессивно. Сказал мне: «Почему вы сюда приезжаете и не уважаете нашу культуру, как будто вы не гражданин Южной Африки? Вы не можете взять фамилию вашей жены!» А потом и вовсе бросил мне: «Уезжайте и живите в России».

И в этот момент я понял: он сказал мне то, что я и сам уже решил.

— Для вас принципиально — сменить имя? Ведь для получения гражданства это не требуется.

—  В семье Вахрушевых нет мужчины, нет папы. Моя жена Даша не знает своего отца, её мама живёт одна в Канске (районный центр Красноярского края. — RT). Поэтому я хочу стать Вахрушевым — главой семьи, мужем для Даши и сыном для тёщи.

— Рассматривали вариант переезда в Африку с женой?

— Она жила в ЮАР какое-то время, пока не истёк срок её пребывания. А просить вид на жительство для Дарьи было бы очень долго: ведь я бур, а это автоматически ведёт к противодействию со стороны местных властей. Многие здесь до сих пор считают, что мой народ положил начало апартеиду и колонизации. Кстати, наша дочь родилась в Замбии, а не в ЮАР — так оказалось проще.

—  Почему?

— В ЮАР всё очень дорого и там плохая инфраструктура. Раньше в стране действовала одна из лучших в мире систем медицинской помощи. Но сейчас возможность родить в частной клинике стоит огромных денег, а в государственную больницу нельзя просто так обратиться за помощью: это сложный бюрократический процесс.

— И в чём состоит главная сложность в получении права на временное пребывание в России?

— По закону для разрешения жить в России я должен представить справку о несудимости из Южно-Африканской Республики. Плюс нужна справка с места постоянного проживания.

Сейчас я нахожусь во Франции. Два месяца назад я послал запрос в ЮАР, чтобы получить нужные документы. Через какое-то время позвонил в офис в Претории, но там бросили трубку. Они даже не стали разговаривать. Сказали только, что ничего не получали от меня.

Выходит, я должен ехать за ними сам. Это стоит не меньше тысячи долларов, а для моей семьи сейчас это существенная сумма.

Кроме того, неизвестно, сколько мне придётся ждать справки, приехав туда. Называют сроки от трёх месяцев до полугода. Это просто нереально!  

Но мы с женой хотим жить в России вместе с нашей дочерью. Я никогда не чувствовал себя африканцем. Я европейский житель.