Земля против Шульца: в чём секрет победы Меркель на местных выборах в Германии

Выборы в парламент федеральной земли Северный Рейн — Вестфалия выиграла партия «Христианско-демократический союз», которую возглавляет Ангела Меркель. Её главный конкурент — Социал-демократическая партия Германии во главе с экс-председателем Европарламента Мартином Шульцем рискует потерять все места в правительстве региона. Кампанию на самой крупной по численности населения земле страны аналитики рассматривали как репетицию сентябрьских выборов в бундестаг. Мало кто из наблюдателей, однако, ожидал такого результата. Почему эксперты говорят о конце «эффекта Шульца» и в чём секрет политического долголетия Меркель — разбирался RT.

Партия Ангелы Меркель «Христианско-демократический союз» (ХДС) побеждает на выборах в ландтаг (местный парламент) федеральной земли Северный Рейн — Вестфалия. Набрав более 33% голосов на состоявшихся в воскресенье выборах, она опередила на 2,5% своего главного конкурента — социал-демократов. На третьем месте — либеральная Свободная демократическая партия.

Свободные демократы взяли в результате кампании 12,7% голосов. На четвёртой строчке — новички из правоконсервативной «Альтернативы для Германии». Партия евроскептиков набрала 7,3%, опередив зелёных и Левую партию. Последняя рискует не преодолеть пятипроцентный барьер и не попасть в парламент.

Результаты волеизъявления граждан стали обескураживающими в первую очередь для Социал-демократической партии Германии (СДПГ).

«Это большое поражение для социал-демократии», — заявил лидер партии Мартин Шульц. Дело даже не в том, что социал-демократы набрали на 8% меньше, чем на предыдущих выборах. Это уже третьи подряд местные выборы, на которых они уступили своим главным противникам — христианским демократам Меркель.

Кроме того, они рискуют оказаться в оппозиции, так как Армин Лашет, глава местного отделения ХДС и будущий премьер-министр земли, уже заявил, что готовится создать коалицию со свободными демократами, и им, судя по результатам выборов, не понадобится поддержка СДПГ.

Это тем более важно, учитывая тот факт, что голосование рассматривалось как своеобразная репетиция грядущих выборов в бундестаг, намеченных на 24 сентября. Ведь Северный Рейн — Вестфалия — крупнейшая по численности населения земля в составе Германии. Здесь проживают 13 млн человек и порядка 20% всех избирателей страны.

«Если свободные демократы сумеют пройти в бундестаг, это будет подспорьем для партии Меркель, союзниками которой они традиционно являются», — утверждает в беседе с RT ведущий научный сотрудник Центра германских исследований Института Европы РАН Александр Камкин. Если будет создана коалиция ХДС, СДПГ и, например, зелёных, то, по мнению эксперта, это может привести к выдавливанию социал-демократов из руководства страны. Сейчас Германией управляет «Большая коалиция» ХДС-ХСС и СДПГ.

 

Проблемный регион

Социал-демократам не помогло даже то, что их новый лидер, экс-спикер Европарламента Мартин Шульц, является уроженцем Северного Рейна — Вестфалии. Свою политическую карьеру он начал именно здесь, в муниципальном совете города Вюрзелен. Позже Шульц стал его мэром, а в 1994 году, избравшись в Европарламент, уехал в Брюссель, где проработал в общей сложности более 23 лет.

За время отсутствия Шульца на родине регион изменился. Здесь находится Рур — когда-то индустриальное сердце Германии, а ныне один из наиболее проблемных регионов страны. Рурский индустриальный район, конечно, нельзя назвать депрессивным в полном смысле этого слова. До сих пор из ста крупнейших немецких корпораций 37 базируются в Северном Рейне — Вестфалии. Регион является лидером среди немецких земель по прямым иностранным инвестициям. С другой стороны, после того как в 1960-х годах в кризисном состоянии оказались горнорудная промышленность и добыча каменного угля, земля Северный Рейн — Вестфалия поставила антирекорд по числу безработных в стране.

Ещё одна проблема — наплыв мигрантов. Только в 2014—2015 годах земля приняла пятую часть всех хлынувших в Германию так называемых сирийских беженцев, среди которых значительную часть составили экономические мигранты из других стран Ближнего Востока. Кёльн — крупнейший город региона — в начале января 2016 года упоминался ведущими мировыми СМИ не в связи с его культурными достопримечательностями, а по причине сексуальных посягательств выходцев из Азии и Африки на немецких женщин. Ситуация стала настолько вопиющей, что министр внутренних дел земли Северный Рейн — Вестфалия Ральф Ягер потребовал «справедливого перераспределения североафриканских мигрантов». По его словам, западно-немецкая земля приютила более 80% всех мигрантов из Марокко и 50% алжирцев. В ответ на немецкое гостеприимство гости занялись криминалом.

Однако цифры поддержки лидера местного отделения социал-демократов Ханнелоре Крафт свидетельствуют, что речь идёт не о провале политики партии в конкретном регионе, а о разочаровании в федеральном руководстве Социал-демократической партии. И хотя сразу, как только стали известны предварительные результаты голосования, фрау Крафт, возглавлявшая и земельное правительство, и местное отделение СДПГ, подала в отставку со всех своих постов, 64% опрошенных, согласно данным социологической службы FG Wahlen, положительно оценивают её деятельность. А вот работу Мартина Шульца одобряют только 31%. При этом 51% избирателей считают, что активность Ангелы Меркель на посту федерального канцлера положительно сказалась на состоянии региона.

«Эффект Шульца» не достигнут

24 января 2017 года, когда Шульц вернулся в немецкую политику, с ним связывали определённые надежды на обновление политического процесса. Рейтинги социал-демократов тогда поползли вверх, и восторженные комментаторы заговорили об «эффекте Шульца», сравнивая нового лидера социал-демократов с вырывавшимся тогда на первое место в президентской гонке во Франции Эммануэлем Макроном. Мол, и тот и другой воспринимаются широкой публикой как новые лица в политике, они умело мимикрируют под популистский дискурс несистемных сил и вообще, как утверждала ультралиберальная Financial Times, «могут спасти Европу».

Никаких серьёзных изменений, правда, оба кандидата не предлагали, но для французов оказалось достаточно и этого. Макрон стал президентом. А вот дотошным немцам общих слов недостаточно. «Да, был запрос на новые лица в политике, но «новое лицо» европейского бюрократа, который достаточно далёк от народа, могло добавить разве что в первое время 2-3% к рейтингу. Люди оказались разочарованы», — констатирует Александр Камкин.

Действительно, результаты воскресных выборов показали, что никакого «эффекта Шульца» не существует.

 

Причины неудач СДПГ

Ещё один фактор, который навредил социал-демократам, — недоверие со стороны значительных слоёв населения.

Именно левые социал-демократы, а вовсе не правые из ХДС-ХСС, будучи у власти в 2003—2005 годах, приняли неолиберальный пакет реформ Agenda 2010, который привёл к самому масштабному урезанию сферы социального обеспечения за всю послевоенную историю Германии.

Послевкусие было столь сильным, что сказалось на нескольких последующих выборах, причём как в бундестаг, так и в местные законодательные органы земель. Став во главе Социал-демократической партии, Шульц пообещал скорректировать политику, однако население отнеслось к этим обещаниям скептически.

Третий фактор — неспособность социал-демократов сформировать внятную предвыборную программу. Служба социологического и политического мониторинга Infratest dimap, ежемесячно публикующая результаты исследования политических предпочтений в стране, в мае 2017 года отмечала: 66% респондентов не понимают, какую политику будет проводить Мартин Шульц. Социал-демократической партии Германии не удалось донести своё видение будущего не только до широких слоёв населения, но даже до своих избирателей. 47% из них также не представляли, что будет делать Шульц, если станет канцлером. Результатом стало сокращение электоральной базы социал-демократов, что очень хорошо показали как раз выборы в Северном Рейне — Вестфалии. По данным социологической компании FG Wahlen, значительная часть сторонников СДПГ (около полумиллиона) проголосовала за другие партии.

Четвёртый фактор скорее местного значения, но может сказаться и на поддержке социал-демократов в других промышленных регионах страны.

Одним из пунктов предвыборной программы СДПГ является стимулирование перехода на возобновляемые источники энергии. В регионе, основой экономики которого долгие годы были уголь и сталь и где многие потеряли работу из-за сокращений добычи угля, этот призыв вряд ли может найти понимание. Схожим образом экологическая программа демократов сказалась на поддержке Хиллари Клинтон в «ржавом поясе»  США во время последней президентской кампании в этой стране.

При этом часть голосов избирателей социал-демократов уходит не только ХДС и левым, но и популистам из «Альтернативы для Германии». По данным FG Wahlen, 50 тыс. избирателей, ранее голосовавших за СДПГ, поддержали «альтернативщиков», ещё около 50 тыс. отдали свои голоса Левой партии. Более 300 тыс. человек из числа тех, кто ранее был верным сторонником социал-демократов, выбрали ХДС.

 

Возвращение центристов и укрепление евроскептиков

Выборы в Северном Рейне — Вестфалии демонстрируют ещё два общенемецких тренда. С одной стороны, это сдвиг в сторону центризма. «12,5% у свободных демократов — это очень серьёзно с учётом их многолетнего затяжного кризиса, когда они потеряли представительство и в бундестаге, и во многих ландтагах», — отмечает Александр Камкин.

Речь идёт об электоральной катастрофе 2013 года, года СДПГ впервые за послевоенную историю не прошла в немецкий парламент. Возвращение свободных демократов — традиционных партнёров блока ХДС-ХСС — только усилит позиции партии Меркель.

Вторая тенденция — это уверенное вхождение в ландтаг депутатов от правой партии евроскептиков «Альтернатива для Германии». По мнению Камкина, это означает, что «Альтернатива» хотя и перехватывает пока в первую очередь протестные голоса, становится зрелой структурой внутри немецкой политической системы. Партия открыто оппонирует либерализму, евроинтеграции и глобализму — словом, всему тому, за что выступает большинство немецких политиков.

 

Секрет успеха Меркель

Один из наиболее серьёзных вопросов, которым задаются сторонние наблюдатели, — на удивление высокие позиции партии Меркель. Немцы голосуют за ХДС несмотря на то, что в результате политики действующего канцлера как минимум произошло обострение миграционной проблемы.

«Меркель уверенно лидирует за счёт уверенного самопозиционирования», — считает Александр Камкин. Эксперт объяснил, почему, на его взгляд, любой оппозиционной силе в стране трудно выдвигать контраргументы. «Быть в оппозиции становится всё сложнее, так как оперировать, по сути, теми же идеологическими постулатами, говоря «дайте нам порулить, мы сделаем то же самое», уже невозможно. Избиратель это прекрасно чувствует», — уверен эксперт.

Кроме того, Ангела Меркель активно работает на поле своих оппонентов. В преддверии выборов она смягчила риторику по миграции и уже в декабре 2016 года продекларировала, что Германия не может принять всех мигрантов. Заявление немыслимое, например, в 2014 году.

На мельницу Меркель льёт воду и экономическая конъюнктура. «Безработица в Германии находится сейчас на одном из рекордно низких уровней, положительный торговый баланс является сейчас рекордным, — отмечает Камкин. — Меркель позиционирует себя как автора очередного экономического мини-чуда. Это располагает к себе избирателей, тем более что немцы не любят серьёзных потрясений». В этих условиях канцлер удачно использует образ кризисного менеджера, который эффективно справляется со всеми трудностями, выпадающими на долю страны.