Ваша заявка принята
Спасибо за обращение
Я не робот
reCAPTCHA
Privacy - Terms

Проблемы ЖКХ

18 июля 2018 Артём Дубнов
Опасное наследие купца Морозова: в Твери не могут расселить разрушающееся общежитие XIX века
Общежитие в Твери, построенное в XIX веке для рабочих ткацкой фабрики купеческой династии Морозовых, разваливается на глазах у жильцов. Западная часть здания была признана аварийной около 10 лет назад, однако власти до сих пор отказываются считать таковым и восточное крыло. Администрация города ссылается на тот факт, что архитектурный комплекс, в который входит общежитие, — это памятник культурного наследия. Здесь, кстати, родился самый известный исполнитель русского шансона — Михаил Круг. В конце весны в нежилой части строения обрушились внутренние перекрытия, после чего прокуратура провела проверку и подала иск к городской администрации в связи с ненадлежащим исполнением обязанностей по содержанию жилого фонда.
В Твери не могут расселить разрушающееся общежитие XIX века
  • vk.com

«Землетрясения точно не было»

Обрушение в расселённом доме №48 по улице Двор Пролетарки в Твери произошло около восьми вечера 31 мая. Провалились чердачные перегородки, а вместе с ними, словно домино, и остальные перекрытия — вплоть до самого подвала.

Живущий в смежном, 47-м доме Владимир Могильников рассказал RT, что попытался выйти на улицу, когда услышал страшный грохот, но это оказалось непросто: «Из-за поднявшейся пыли саму постройку я не мог разглядеть минут пять». Он предполагает, что причиной обрушения могло быть исчезновение литых чугунных лестниц из расселённого дома. «Может быть, были другие причины, но землетрясения точно не было», — заверил он.

По словам очевидцев, прибывшие сотрудники МЧС дежурили на месте происшествия всю ночь. Удостоверившись, что в ближайшее время дальнейшего разрушения не будет, они уехали. Перед отъездом спасатели замуровали все двери и окна здания, от которого остались только стены и провисшая кровля.

Несмотря на обрушение западного крыла дома, обитателей смежной, жилой части постройки под номером 47 расселять не стали. А месяц спустя во всём доме был отключён газ из-за серьёзных утечек. Теперь жильцы вынуждены пользоваться электрическими плитками. Это, в свою очередь, привело к увеличению нагрузки на изношенную проводку.

Помощник депутата законодательного собрания Тверской области Людмилы Воробьёвой Владимир Полишко объяснил RT, что здание под номером 47 власти не хотят признавать аварийным, хотя оно составляет с домом №48 (давно получившим этот статус) «единое строение, разделённое капитальной перегородкой».

После обрушения перекрытий тверская прокуратура начала проверку состояния 47-го дома и ряда других проблемных зданий в Пролетарском районе. В ходе инспекции было выявлено 13 построек с высокой степенью износа, непригодных для проживания, но не имеющих статуса аварийных.

На основании результатов проверки прокуратура Пролетарского района Твери подала иск к администрации города в связи с ненадлежащим исполнением обязанностей по содержанию жилого фонда.

«Поживи в общаге»

Дом №47 — часть бывшего общежития Калининского хлопчатобумажного комбината — получил статус жилого в 2009 году. По сути, здание представляет собой общежитие казарменного типа — на каждом этаже около 40 комнат с общими кухней, туалетом и душем.

60-летний Владимир Могильников живёт здесь с 1979 года. Как и многие жители, свою комнату он получил от комбината, где проработал 17 лет. Сейчас он с семьёй — женой, двумя дочерьми и двумя внуками — занимает две комнаты на втором этаже постройки.

«Предоставить квартиру мне обещали ещё в советские времена, — поделился он с RT. — Говорили: поживи пару лет в общаге, потом дадут отдельное жильё. Сейчас я уже на пенсии, а воз и ныне там».

После развала СССР здание перешло в городскую собственность и неоднократно подпадало под программы по расселению. Но каждый раз вопрос с домом №47 откладывался на неопределённый срок.

Так, в середине 2000-х в рамках программы по расселению Морозовских казарм, расположенных на улице Двор Пролетарки, людей обещали переселить в новый дом — улица Строителей, 19. Однако, по словам жителей, в последний момент администрация города решила заселить туда только муниципальных работников, так что большинство обитателей казарм остались жить в разваливающемся памятнике архитектуры.

Примерно в это же время аварийной была признана западная часть здания, обозначенная в документах как дом №48. Последний житель покинул его в 2010 году. 47-й же дом этот статус не получил до сих пор, хотя, согласно техпаспорту, ещё в 2004 году он имел износ 66% (согласно нормативам, дом признаётся аварийным при износе свыше 70%. — RT).

В 2011 году на основании заключения проектно-строительной компании 4-й этаж 47-го дома был признан непригодным для проживания в связи со 100% изношенностью кровли. Жители этого этажа были расселены, и им были предоставлены отдельные квартиры.

«С четвёртого этажа уехали все, кроме одной семьи. Они собственники, и им ничего не дают, — рассказал Могильников. — Верхний этаж признан непригодным для проживания, но по непонятной для нас логике чиновников люди, которые живут ниже, в таких условиях могут существовать».

Для «морозовцев» даже начали строить дом на улице Фрунзе, куда первые жильцы должны были заселиться в 2015 году. Но с приходом новой администрации города эту программу свернули, несмотря на уже вложенные в проект 80 миллионов рублей.

«Мы обращались куда только можно. Каждый раз отвечают: «Нет денег», — сетует Могильников. — В администрации района мне однажды даже посоветовали перебраться в родительский дом — он находится на Южном Урале. В общем — глупые, детские, никчёмные разговоры чиновников».

Памятник смешанной архитектуры

Архитектурный комплекс, впоследствии получивший название «Морозовский городок», строился на протяжении 50 лет, с 1856 по 1913 годы, вокруг ткацкой фабрики, принадлежавшей тогда крупнейшей купеческой династии Морозовых.

Сам комплекс, по праву носящий статус объекта культурного наследия, включает в себя несколько десятков кирпичных зданий, в которых размещались не только общежития для рабочих, но и больница, и даже театр. В 1900 году этот «памятник смешанной архитектуры» — от неоготики до модерна — даже был отмечен серебряной медалью и Гран-при на Всемирной архитектурной выставке в Париже.

  • Михаил Круг

Морозовский городок до сих пор остаётся одной из визитных карточек Твери. Он неоднократно становился декорацией для киносъёмок. Здесь снимались такие известные фильмы, как «Статский советник» и «Чучело». Кроме того, в городке родился, пожалуй, самый популярный исполнитель русского шансона — Михаил Круг. Свои первые годы он провёл как раз в доме №48 по улице Двор Пролетарки — в том самом, где обрушились перекрытия.

В советские времена этот район фактически был городом в городе. Его территория была огорожена забором, и попасть туда постороннему было затруднительно. А инфраструктура Морозовского городка считалась одной из лучших в Твери.

С развалом Советского Союза ситуация резко изменилась в худшую сторону. Казармы, некогда закреплённые за местными предприятиями, передали в муниципальное ведение. Постепенно городок начал приходить в упадок.

«Когда я поселилась в городке в 1982 году, всё было просто шикарно: у нас в казармах был свой музыкальный клуб, спортзал, а в подвале размещалась библиотека, — вспоминает бывшая жительница дома № 47 Зоя Файфер. — В 90-е казарму начали разворовывать коменданты. Я помню, как одна из них грузовиками вывозила на дачу всё, что могла: кресла, стулья, дубовые столы из столовой, даже гнилой линолеум».

Сейчас, несмотря на частичное расселение и упадок, в доме №47 продолжают жить несколько сотен человек. «Все, кто имел возможность, уже взяли ипотеки и съехали», — отмечает Могильников.

«Дом — дойная корова»

133-летнее здание обваливается на глазах. В 2014 году произошло частичное разрушение стены — с первого этажа до четвёртого. По словам Зои Файфер, в появившуюся трещину можно было просунуть руку. Прибывшие ремонтники ограничились заливкой образовавшегося разлома монтажной пеной.

«Когда я жила в казарме, я очень плохо спала: слышала скрип перекрытий и из-за этого боялась спать, — вспоминает Файфер. — Цемент в стенах высыпается и превращается в пыль, кирпичи трутся друг о друга — и здание натурально колышется».

Чтобы обезопасить себя от сыплющейся на голову штукатурки, жители казарм приставили фанерные листы к потолку кухни и подпёрли их деревянными стойками. «Это чтобы потолок не упал и чтобы лбом об них биться с кастрюлей. Так интереснее», — объяснил назначение конструкции Могильников.

Ещё одна проблема — подвал, который затопило ещё несколько лет назад. Из-за этого влажность воздуха в помещениях доходит до 80%, что создаёт питательную среду для плесени и грибка, распространившихся по всей казарме.

Несмотря на все эти проблемы, власти города так и не признали дом №47 аварийным. «Мне кажется, это всё из-за жадности администрации, которая хочет сэкономить на расселении, — поделился с RT Владимир Полишко. — Кроме того, дом в таком состоянии — это дойная корова. Туда можно вбухивать кучу денег на капитальный ремонт и расписывать на бумаге, что работы проведены. А по сути делается десятая часть от общего объёма».

Дамоклов меч коммунального хозяйства

По словам помощника регионального депутата, в горсовете неоднократно поднимался вопрос Морозовских казарм, но проблема не решалась из-за позиции тверского управления культуры.

«Чиновники заявляли, что дом №47 — это памятник культурного наследия, поэтому его нельзя признавать аварийным. Администрация города с удовольствием с этим соглашалась, так как в противном случае людям пришлось бы давать новую жилплощадь», — заключил он.

«Мы в курсе ситуации в Морозовском городке, — подтвердил в беседе с RT депутат Тверской городской думы Владимир Родионов. — К сожалению, в этом районе ветхим является не только дом №47, но и несколько других. Поэтому проблему надо решать в комплексе: выстраивать целую концепцию и составлять программу по расселению».

Родионов отметил, что, по его мнению, из-за недостаточного финансирования вопрос с жителями Морозовского городка едва ли может быть решён на местном уровне — необходимо подключение федеральных программ.

«Будем стараться хоть как-то сдвинуть проблему, и здесь нельзя каждый раз оправдываться, что денег нет», — заключил он.

9 июля в Центральном районном суде Твери состоялось первое заседание по иску прокуратуры к администрации города. Возможно, этот процесс поставит окончательную точку в этой истории.

«Вероятнее всего, суд удовлетворит этот иск и дом № 47 будет признан аварийным, — прогнозирует Полишко. — Но пока будут длиться судебные процедуры, жильцы останутся под этим дамокловым мечом: в любой момент здание может сложиться».

Ваша заявка принята
Спасибо за обращение
Я не робот
reCAPTCHA
Privacy - Terms