Ваша заявка принята
Спасибо за обращение
Я не робот
reCAPTCHA
Privacy - Terms

Бюрократия и право

7 июня 2018 Лидия Белькова
«Нет рычага давления»: государство задолжало инвалиду два миллиона рублей
Инвалид II группы Виктор Бакулин второй год ходит по судам, пытаясь получить недоплаченную ему пенсию по инвалидности. В 1994 году Бакулину — работнику одной из московских префектур — во время исполнения им служебных обязанностей проломили голову. Производственный характер травмы был доказан в суде более 20 лет назад. Всё это время сумма, которая мужчине положена по закону, только росла. Но взыскать недостачу почти в 2 млн рублей с Фонда социального страхования не удалось до сих пор. В фонде отказываются выплатить деньги на основании того, что организация не может считаться ответчиком по делу. Опрошенные RT эксперты отмечают: жаловаться на бездействие сотрудников ФСС пострадавшему фактически некуда.
  • Виктор Бакулин

Получившему тяжёлую черепно-мозговую травму Виктору Бакулину без малого 20 лет выплачивают пенсию по инвалидности, сумма которой почти вдвое меньше, чем ему полагается по закону. Осознав проблему всего пару лет назад, инвалид II группы попытался взыскать недостачу с государства в лице Фонда социального страхования (ФСС). Суд рассмотрел все доводы Бакулина и вынес вердикт в его пользу. Но деньги получить по-прежнему не удаётся: ФСС игнорирует решение суда, мотивируя это тем, что ответчиком по делу является бывший работодатель недееспособного гражданина, а не сам фонд.

Опасная профессия

В начале 90-х Бакулин занимал должность начальника отдела перспективного развития в префектуре Северо-Восточного административного округа (СВАО) в столичном районе Северное Медведково. Среди прочего отдел отвечал за ликвидацию объектов самостроя. 20 марта 1994 года чиновник приехал провести экспертизу как раз на одном из таких проблемных объектов.

«В тот день погода была не очень хорошая, снег и ветер. У меня на голове был капюшон — может быть, это, с одной стороны, спасло, с другой — я не слышал, как сзади ко мне подошли. Был удар по голове, я потерял сознание. Дальше меня били. Очень сильно», — Бакулин восстанавливает в памяти злополучный мартовский день.

Виктор вспоминает, что в годы работы в префектуре к нему обращались за содействием жители района. Он помогал, например, восстанавливать потерянные документы, объяснял, в какую инстанцию обратиться, как написать заявление.

«Один из тех людей, кому я когда-то помог, увидел меня на земле, погрузил в свой автомобиль и отвёз в травмпункт. Оттуда меня отвезли в (Институт. — RT) Склифосовского», — продолжает инвалид.

В тот день он получил серьёзную черепно-мозговую травму. «Мне проломили голову, я фактически не видел и очень плохо слышал. Людей узнавал, как собака, по запаху», — вспоминает мужчина.

Бакулину пришлось пройти длительный курс лечения, нужны были дорогие импортные лекарства. Он был вынужден обратиться за помощью к префекту.

Пока потерпевший восстанавливался, в системе городского управления шла реорганизация. Многие полномочия префектуры были переданы управлению муниципального округа. «Префект дал указание, чтобы была выделена материальная помощь, но в управлении муниципального округа это заявление затормозили. Интенсивность лечения была снижена, и это привело к инвалидности», — рассказал потерпевший RT.

Адвокат мужчины Николай Колосов считает нападение на своего клиента формой угрозы владельцев гаражного кооператива, который предстояло сносить. Установить личность преступника по горячим следам не удалось.

Надо было кормить семью


Через полгода после нападения, в ноябре 1994-го, Бакулину дали инвалидность III группы со снижением работоспособности на 40%. В этом статусе он вернулся на работу. Отдел к тому времени уже расформировали. Как полагает мужчина, работодатель таким образом хотел скрыть последствия происшествия.

«Думаю, факт травмы на производстве лишал большой коллектив премии, поэтому работодателю случившаяся ситуация была не на руку. Меня без моего ведома перевели в отдел благоустройства главным специалистом, как я потом узнал», — рассказывает Бакулин.

Собеседник RT подчёркивает, что, несмотря на имеющиеся документы, сокращённый график работы и льготы ему не предоставили.

  • 2000 год

«Кормить семью надо было, я вышел на работу, но в результате здоровье стало ухудшаться. В середине 1995 года мне пришлось уволиться», — продолжает он.

Начальство давило на Виктора в связи с тем, что он начал реже появляться на работе. Свои «прогулы» он объяснял необходимостью посещения лечебных процедур, которые можно было проходить только днём.

В поисках утраченных документов

Бакулин подал заявление на оформление пенсии в связи с получением производственной травмы. Но оказалось, что акт по форме Н-1 (о несчастном случае на производстве) в отделе кадров был потерян. Только один экземпляр оставался у пострадавшего на руках.

«Все документы о моём обращении в поликлинику, в Склифосовского были потеряны», — возмущается мужчина.

Чтобы отстоять свои права, он обратился в суд. Подтверждение случившегося пришло от той станции скорой помощи, сотрудники которой в марте 1994 года доставили Бакулина из травмпункта в Институт Склифосовского.

Мужчина пробовал найти новую работу, но переучиться на более подходящую инвалиду специальность не получалось.

«Я обратился в отдел по трудоустройству. Пробовали меня переучить. На учёбу я ходил, но сдать экзамены уже не мог. Надо было видеть, а я вместо одного объекта видел четыре-пять. Голова была проломлена в месте, где мозг отвечает за зрение. До сих пор расфокусировка остаётся», — объясняет Бакулин.

В 1996 году решением суда факт производственной травмы был подтверждён. Тогда же, после судебных разбирательств, здоровье Виктора окончательно сдало — ему присвоили II группу инвалидности. Фактически речь шла о полной потере трудоспособности.

Изменчивая формула

Принцип расчёта пенсионной выплаты с 1996 года менялся не единожды. В первый раз Бакулину пришлось идти в суд и доказывать, что ему недоплачивают, ещё в 2001 году. Причиной стала неразбериха с документами на бывшей работе. Суд указал на ошибки в расчётах суммы компенсации вреда от полученной травмы. Возражений ни от работодателя (префектуры), ни от ФСС не последовало. Ещё один суд по размеру выплат Бакулин выиграл в 2010 году.

Наконец, уже сравнительно недавно, в конце 2016 года, инвалид выяснил, что бывший работодатель платит ему пенсию исходя из старой формулы расчёта. В 90-е годы основным мультипликатором в ней был минимальный размер оплаты труда. А с 2002 года МРОТ был заменён на назначаемый ежегодно постановлением правительства специальный коэффициент.

В случае Бакулина из-за ошибочного постановления по тяжбе 2010 года расчёт шёл по старой формуле. По словам адвоката Колосова, из-за этой неточности в 2018 году сумма, которую государство в лице ФСС не выплатило его клиенту, достигла почти 2 млн рублей.

Согласно решению суда, вынесенному в мае 2017 года, ежемесячная выплата должна составлять 44 316 рублей. Бакулин же получает 27 тыс.

Мужчина отмечает, что, когда ещё до суда он вступил в переписку с московским отделением ФСС, чиновники не хотели показывать его личное дело — пришлось добиваться этого через прокуратуру.

«Я увидел, что ряд документов отсутствует. То, что передавал мой работодатель, они просто взяли и уничтожили, сделали свой расчёт, который не соответствует решению суда», — рассказывает мужчина.

В октябре 2017 года Виктор повторно обратился в суд за разъяснением майского решения, поскольку филиал ФСС, по его словам, игнорировал решение — якобы не было точно прописано, кто должен компенсировать неустойку. Та же судья постановила, что «исполнение определения подлежит осуществлению через МРО ФСС России по Москве, филиал 39».

  • Виктор Бакулин (слева) с отцом и сыном, 2011 год

Юристы фонда посчитали это уточнение неправомерным, поскольку в изначальном иске ответчиком выступал бывший работодатель истца — префектура СВАО. В результате высшая инстанция удовлетворила апелляцию — но только в отношении пояснения, а не самого решения.

Тем не менее на этом основании в московском отделении ФСС сообщили RT, что не обязаны выплачивать Бакулину какую-либо дополнительную компенсацию.

«В настоящее время неисполненных судебных актов или исполнительных листов по искам В.Н. Бакулина к государственному учреждению — Московскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации не имеется», — подчеркнули в пресс-службе МРО ФСС.

Как заявили RT в МРО ФСС, «все выплаты произведены в полном объёме» на основании решения Московского городского суда от 2010 года о взыскании сумм задолженности, индексации выплат и компенсации морального вреда.

В то же время адвокат Бакулина настаивает, что в ФСС «не исполняют определение от 24 мая 2017 года, которое никто не отменял».

В течение года Виктор вместе с защитником трижды обращались в МРО ФСС. Обращения в ряд других инстанций успеха не принесли. Единственное, чего добился клиент Колосова, — получение письма из Федеральной службы судебных приставов, где говорится, что исполнение определения должно осуществляться МРО ФСС РФ.

«Государство в государстве»

Адвокат Колосов считает, что действия сотрудников ФСС в отношении его доверителя подпадают под статью 315 УК о злостном неисполнении вступившего в законную силу судебного акта органами государственной власти.

Российское законодательство (пункты 2, 3 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) закрепляет обязательность исполнения вступивших в законную силу судебных постановлений, распоряжений для всех без исключения органов государственной власти.

«ФСС — это государство в государстве. Если речь идёт о юридическом лице, взысканием задолженности занимается служба судебных приставов. Если должником является государственный орган, то можно обратиться в казначейство, которое выдаёт предписание, и затем деньги списывают. ФСС — это внебюджетный фонд, то есть на них нет рычага давления», — сокрушается Николай Колосов.

RT обратился за комментарием в районную прокуратуру, но оперативный ответ там предоставить не смогли.

Отсудить или сдаться

Адвокат Андрей Некрасов, которого RT попросил дать независимую оценку ситуации, рассказал, что в данном случае невозможно найти рычаг давления на ФСС. «Формально над ними нет никакого руководства — ни министерства, никого», — полагает он.

Юрист подтверждает, что ФСС имеет возможность уклоняться от выплаты компенсации по судебному решению в связи с тем, что фонд не является ответчиком по делу. По мнению Некрасова, единственный способ привлечь к ответственности именно ФСС — ещё одно судебное разбирательство.

«Им (пострадавшему и его защитнику. — RT) деваться просто некуда. Пристав действительно не может ничем помочь, потому что ФСС не является должником. Он должен стать участником нового спора, официальной стороной по делу. Других выходов нет: либо сдаться, либо требовать с исполнителя», — посоветовал адвокат.

Ваша заявка принята
Спасибо за обращение
Я не робот
reCAPTCHA
Privacy - Terms