Суд в России впервые признал законным увольнение, одним из оснований для которого стало разглашение коммерческой тайны компании посредством использования ИИ. Топ-менеджер «ГК Энергопроф» Екатерина Ремизова пыталась оспорить увольнение в Бабушкинском суде Москвы — она рассчитывала добиться расторжения трудового договора с формулировкой «по соглашению сторон», что дало бы ей право получить от компании компенсацию в размере 5 млн рублей. Также менеджер через суд требовала с компании компенсации морального вреда в размере 100 тыс. рублей. В части увольнения суд встал на сторону компании, а за моральный вред Ремизова получила лишь 10 тыс. рублей.
Согласно материалам суда, с которыми ознакомился RT, Екатерина Ремизова устроилась на должность директора по продажам «ГК Энергопроф» с окладом в несколько сот тысяч рублей в апреле 2025 года. Спустя менее чем полгода компания привлекла её к дисциплинарной ответственности за периодическое отсутствие на рабочем месте, а затем уволила за разглашение коммерческой тайны.
В суде компания предоставила документы и отчёты о внутренних проверках, согласно которым Ремизова пересылала служебные документы на личную электронную почту, а также выгружала сведения из защищённой служебной системы в чат-бот DeepSeek.
В частности, на личную почту Ремизовой и в ИИ-сервис, по данным работодателя, «утекли» бюджетные планы компании, а также информация о заработных платах её сотрудников с их фамилиями.
Впрочем, претензии компании касались не только использования ИИ, основанием для увольнения, согласно судебным материалам, также стало нарушение Ремизовой порядка согласования договоров, и разглашение планов компании о выпуске собственного продукта одному из поставщиков, что, по утверждению работодателя, привело к срыву сотрудничества.
«Согласно акту о завершении служебного расследования от 27.08.2025, истцом была разглашена конфиденциальная информация поставщику ООО «СибТоргСервис», что привело к негативным для работодателя последствиям — не заключению договора, — говорится в судебных документах.
Данным актом были установлены факты направления истцом информации, составляющей коммерческую тайну, а также конфиденциальной информации на внешнюю электронную почту, а также выгрузки сведений, составляющих коммерческую тайну в систему искусственного интеллекта DeepSeek. По итогам служебного расследования работодателем сделан вывод о том, что признаки нарушения истцом режима коммерческой тайны, конфиденциальной информации нашли своё подтверждение».
В материалах по иску Ремизовой также отмечалось, что компанию в целом не удовлетворяло качество её работы на должности менеджера: планы продаж на протяжении её руководства не выполнялись.
В своём иске Екатерина Ремизова не отрицала, что использовала в своей работе чат-бот, однако утверждала, что работодатель не доказал фактического разглашения коммерческой тайны.
Сама Екатерина Ремизова отказалась дать RT подробный комментарий касательно ситуации с увольнением из «ГК Энергопроф», однако отметила, что компания просто решила избавиться от неё, за чем и последовали все вышеуказанные проверки и доводы о якобы распространении конфиденциальной информации. Собеседница RT добавила, что будет обжаловать решение суда.
В компании «Энергопроф» RT отказались прокомментировать увольнение одного из своих топ-менеджеров.
Мнение экспертов
Эксперты в сфере информационной безопасности, опрошенные RT, сходятся во мнении, что компания, уволившая Ремизову, действовала абсолютно обоснованно. Председатель совета по противодействию технологическим правонарушениям КС НСБ России Игорь Бедеров считает, что в данном случае пересеклись сразу два уровня угрозы — формально-регламентный и технический.
«Во-первых, любое обращение с конфиденциальной информацией в стратегических компаниях жёстко прописано во внутренних документах. Вынос таких сведений за пределы защищённого контура — это прямое нарушение, которое само по себе влечёт дисциплинарные меры.
Во-вторых, загрузка данных в западные облачные платформы и мессенджеры несёт колоссальные риски. Эти сервисы не просто хранят информацию — они агрегируют её, анализируют и могут использовать для таргетинга, обучения алгоритмов, а также передавать по запросу спецслужб в рамках законодательства стран-владельцев. Фактически компания добровольно открывает свои секреты третьим лицам», — пояснил эксперт.
Особую опасность, подчеркнул Бедеров, сегодня представляют нейросети. Даже если сотрудник не закладывал туда секретов осознанно, существуют методы промпт-инжиниринга, позволяющие злоумышленникам «разговорить» ИИ и извлечь фрагменты конфиденциальной информации, случайно попавшей в систему. На этом сейчас тренируются целые группы аналитиков, и это уже не гипотетическая, а реальная угроза.
Эксперт провёл параллель с массовым увлечением соцсетями в 2000-х: «Мы все тогда ринулись выкладывать реальные данные, а теперь молодёжь этого избегает, потому что увидела последствия. В корпоративной среде мы снова наступаем на те же грабли — цифровая гигиена сотрудников отстаёт от скорости появления новых уязвимостей».
Поэтому, резюмировал он, увольнение было не формальностью, а вынужденной мерой для предотвращения реальной утечки.
Подполковник спецслужб в отставке, IT-специалист по информационной безопасности, OSINT и конкурентной разведке (известен как блогер КиберДед) Андрей Масалович в беседе с RT также заявил, что увольнение топ-менеджера обоснованно, и суд в данном случае занял правильную позицию. Эксперт пояснил, что в компании действует система DLP (Data Loss Prevention), которая фиксирует пересылку файлов через периметр. Если документы содержат конфиденциальные метки, система моментально сигнализирует об утечке. «Сотрудница себя спалила, и тем самым, как ни странно, даже помогла компании — вовремя вскрыла брешь», — отметил Масалович.
Гораздо серьёзнее, по его словам, передача данных в открытые нейросетевые платформы (в том числе DeepSeek). Он отметил, что любая информация — государственная, военная, бизнес-секреты, данные о критической инфраструктуре, ВПК, научные ноу-хау — мгновенно утекает к владельцам платформы.
«На многих таких сервисах стоят фильтры, которые автоматически собирают всё, что загружают пользователи. Это готовая разведывательная база для чужих спецслужб и конкурентов», — подчеркнул эксперт.
Масалович обратил внимание, что обрабатывать конфиденциальные сведения, а тем более гостайну, можно только на доверенных и изолированных вычислительных системах.
Эксперт полностью поддержал решение суда: «Нет ни малейшей служебной необходимости сливать тайну в чужие платформы. Сотрудники, допущенные к такой информации, расписываются за соблюдение режима, и нарушение здесь очевидно».
В то же время Масалович увидел в этом инциденте и позитивный аспект: женщина подсветила проблему государственного масштаба. «Одумайтесь! Во-первых, вы растеряете все ноу-хау. Во-вторых, будете платить огромные деньги неизвестно кому за использование чужих облачных ИИ. Выход один — изолированные системы у себя на столе. Это дёшево, надёжно и не даёт утечь вашим секретам», — резюмировал он.
Спорное решение?
В то время как эксперты по кибербезопасности соглашаются с действиями компании и судебным решением, считая действия Ремизовой угрозой безопасности «ГК ЭнергоПроф», юрист Юрий Капштык говорит о спорном характере увольнения менеджера с точки зрения закона. Сам эксперт называет его незаконным и необоснованным. Он подчеркнул, что в подобных спорах ключевое значение имеют два факта: наличие прямого запрета во внутренних документах компании и доказанность причинения реального вреда.
«Во-первых, работодатель обязан чётко прописать в трудовом договоре, инструкции по безопасности или иных локальных актах прямой запрет на использование внешних сервисов и пересылку документов на личную почту. Если такого запрета нет или сотрудница не была ознакомлена с ним под роспись, то её действия формально не являются нарушением. Компания должна доказать, что эти правила существовали и были доведены до работника, — отметил Капштык. — Если росписи нет — это проблемы компании».
Во-вторых, по словам юриста, загрузка данных в нейросеть и пересылка на личную почту не являются автоматическим доказательством разглашения коммерческой тайны. Для увольнения по этому основанию нужно установить, что информация стала доступна третьим лицам и использовалась в корыстных целях или повлекла ущерб. В данном случае, по словам юриста, компания не смогла подтвердить ни того, что кто-то посторонний получил доступ к этим данным (личный аккаунт защищён паролем), ни того, что эта информация была использована во вред.
Отдельный аргумент — эпизод с раскрытием Ремизовой планов о выпуске собственного бренда генераторов. Капштык считает, что доказать причинно-следственную связь между действиями Ремизовой и уходом поставщика практически невозможно».
Что касается работы с документами вне офиса, эксперт указал, что многие сотрудники вынуждены брать работу на дом, что фактически является сверхурочным трудом. Если женщина обрабатывала документы на внешней платформе для выполнения служебных задач, а не для передачи конкурентам, то её действия не носили злонамеренного характера.
В итоге Капштык рекомендовал сотруднице обжаловать увольнение в суде или обратиться в трудовую инспекцию.
«Суд разберётся, но, скорее всего, встанет на сторону работника, если работодатель не представит неопровержимых доказательств нарушения и ущерба. Закон в таких случаях защищает именно работника», — резюмировал юрист.