Российская армия никогда и нигде не воюет с мирными жителями — это аксиома. В ходе специальной военной операции на Украине это правило нами безусловно соблюдается. Ни одного преднамеренного удара по объектам жилой застройки или по гражданской инфраструктуре за все дни операции совершено не было. В отличие от США, которые в Сербии, помимо военных целей, целенаправленно били по мостам, редакциям СМИ, мирным фабрикам и заводам, а «случайно» — по китайскому посольству, жилым районам, школам, больницам и монастырям. Про Ирак и Афганистан и говорить не приходится: там удары по мирным жителям и гражданской инфраструктуре наносились регулярно, просто на всякий случай.
Поскольку Вооружённые силы Украины обучены американскими инструкторами, они всегда довольно спокойно относились к потерям среди гражданского населения, что и было продемонстрировано в Донбассе, где ВСУ били по жилой застройке без малейших сомнений. Сейчас украинские пропагандисты активно распространяют в интернете кадры пострадавших от бомбардировок многоэтажных домов, вот только умалчивают о том, что это зачастую Донецк и Луганск, а удары наносили ВСУ.
Гуманитарные коридоры для выхода гражданских лиц — это азбука современной тактики ведения боя. Но почему-то ВСУ и украинские власти уже который день не могут разобраться в этой азбуке. Точнее, делают вид, что не могут разобраться. Казалось бы, что тут сложного: созвонились, поговорили, остановили огонь, мирные люди уехали. Переводчик не нужен, русский язык руководство Украины пока не забыло, как бы ни притворялось в обратном.
Однако по целому ряду причин этого никак не происходит. Настойчивые попытки свалить происходящее на Россию выглядят просто глупо. Ещё раз повторю: мы не воюем с мирными жителями и чем меньше будет риск случайно задеть гражданских, тем проще будет добиться целей военной операции нашим солдатам.
Собственно, это и есть первая причина, по которой Украина изо всех сил саботирует открытие гуманитарных коридоров. ВСУ и тербаты просто-напросто прикрываются мирными жителями, размещая системы залпового огня в жилых дворах, а бронетранспортёры — возле школ и детских садов. Во всём мире это называется «взятие заложников», и сложно представить, какому остракизму подвергли бы европейские и американские СМИ за это Украину, не будь они полностью на стороне Киева. А так — не замечают.
Отмечу, что тем же сербам не приходило в голову прикрывать свои военные объекты при помощи мирных жителей в 1999 году. Во-первых, потому что это подло, а во-вторых, отлично понимали: американцев это не остановит. Менталитет другой.
Но желание прикрыть вояк гражданскими — это не единственная причина проблем с гуманитарными коридорами. Я всё-таки, несмотря ни на что, полагаю, что в руководстве Украины и ВСУ есть разумные и ответственные люди, которые понимают недопустимость использования таких методов. Вот только повлиять на происходящее они никак не могут. Те же тербаты и некоторые подразделения ВСУ просто-напросто не подчиняются приказам из Киева. Так было в Донбассе, когда карательные батальоны не соблюдали перемирие, о котором договаривались с киевским руководством, и ровно то же самое сейчас происходит в Мариуполе и других городах.
Идут столетия, но традиции гуляйполя и казачьей вольницы никуда не пропадают. И страдают от них во все времена женщины, дети и старики.
Министерство обороны России регулярно объявляет режимы тишины для выхода мирных жителей из городов. То, что этого не происходит, — вина тех, кто уже восемь лет держит в заложниках Донбасс и всю Украину. Поскольку обращаться к Киеву бессмысленно, есть слабая надежда, что международные структуры, тот же Красный Крест или Управление комиссара ООН по правам человека, попытаются повлиять на происходящее. Но надежда очень слабая, сразу скажу.
А значит, опять придется всё делать нашей армии. И разбираться с нацистами, и спасать мирных украинцев. Военная операция становится гуманитарной, и наши волонтёры уже собирают средства для помощи жителям освобождённых городов, так же как помогали все прошедшие годы жителям народных республик.
Россия спасает.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.