На безрыбье Соррентино

«Вообще-то никаких особых творческих способностей в себе не пестовал — никогда не вспоминает, любил он ходить в кино или не любил, занимался ли фотографией и живописью и вообще. И пошёл он учиться на факультет экономики — поближе к деньгам, а не к творчеству. И только лет в двадцать пять осознал, что хочет работать в кино. Свою первую короткометражку «Любовь не имеет границ» он снял в 1998 году. Довольно милая история про профессионального киллера, который встретил свою настоящую любовь».

Итальянское кино — больное дитя мировой индустрии. После потрясающего подъёма 1960-х и 1970-х началась такая долгая рецессия — творческая, экономическая, что только к 2000-м итало-кино начало очухиваться. 

Как-то начали сильно выступать режиссёры типа Нанни Моретти (которого невозможно назвать новичком) — «Комната сына» 2001 года, Эрманно Ольми (который совсем не дебютант) с фильмом «Великий Медичи: Рыцарь войны» (2001), Джанни Амелио (который снимает с 1970-х годов) с «Ключами к дому» (2004) и так далее. Самое интересное, что всплеск качественного кино был обеспечен вовсе не приходом некоего «нового поколения» в кино, нет — уже устоявшиеся мастера получили возможность снимать на ином уровне. 

Но это кино, широко принятое на фестивалях и среди критиков, всё-таки для русской публики оставалось достаточно невидимым. Вот заметьте: в поднятии новой волны, например, участвовал режиссёр Паоло Соррентино с фильмом «Изумительный» (2008) про Джулио Андреотти. Поднимите руку, кто его видел (я не спрашиваю про то, кто знает, кто такой Андреотти и чем он важен для Италии). Садитесь, два.

Местная публика не заметила того самого Соррентино, про которого нынче с придыханием говорит любой сельский хипстер. А он, между прочим, не изменился. И за Андреотти на «Оскар» номинировался, и в Канне приз жюри получал.

Но только последнее время именно Соррентино стал визитной карточкой итальянского кино для русской публики. Так кто же он?

Юность у него началась с кошмара: когда ему было 16 лет, он поехал на выходные из родительского дома в Неаполе на матч с участием Марадоны и тут же узнал, что без него родители задохнулись угарным газом. От кухонной плиты.

Вообще-то никаких особых творческих способностей в себе не пестовал — никогда не вспоминает, любил он ходить в кино или не любил, занимался ли фотографией и живописью и вообще. И пошёл он учиться на факультет экономики — поближе к деньгам, а не к творчеству. И только лет в двадцать пять осознал, что хочет работать в кино.

Свою первую короткометражку «Любовь не имеет границ» он снял в 1998 году. Довольно милая история про профессионального киллера, который встретил свою настоящую любовь.

Но уже первый его полнометражный фильм «Лишний человек» 2001 года считается именно тем фильмом, который разогнал болотную ряску, которая подёрнула зеркало итальянского кино. Соррентино тут отказался от буффонады, которая стала золотым стандартом предыдущей эпохи, и прошёл по очень тонкой грани драмы и комедии. Хотя, конечно, сложно отнестись к фильму, где немножко убивают людей, как к комедии. Но картина про двух молодых парней, которые внезапно оказались на обочине профессии и жизни, получилась сдержанно трогательной. И публика это оценила. Тут много песен, которые поёт исполнитель одной из главных ролей Тони Сервилло. Один из авторов песен — сам Паоло Соррентино. А для тонких ценителей среди своего итальянского зрителя он также признаётся в любви к классическому кино страны — тут звучит Relaxin with Chet Чета Бейкера и Пьеро Умилиани, невоспетого героя, композитора огромного количества итальянских фильмов аж с 1954 года.

Картина была показана впервые в рамках секции Cinema del Presente Венецианского кинофестиваля 2001 года. Оператором на дебютном фильме Соррентино был Паскуале Мари, который с тех пор снял все последние фильмы классика итальянского кино Марко Беллоккьо. И думаю, с подачи Паскуале Мари Соррентино начал формировать свой «высокий» визуальный стиль, от которого на «Великой красоте» и «Молодом Папе» будут визжать все домохозяйки Москвы и окрестностей.

В 2004-м он, опять по собственному сценарию, снимает «Последствия любви» — криминально-любовную историю внешне скучного бизнес-консультанта, который консультирует мафию. В главной роли опять Тони Сервилло. 

И вот именно на этой картине он нашёл своего оператора — Луку Бигацци, который и определил тот самый «соррентиновский» облик кадра и его цвет.

И даже понятно, почему публика считает картинку Бигацци такой красивой и понятной, — это обычно люди, выросшие на рекламных роликах, а не на кинематографе. Потому что Бигацци сформировался, именно снимая рекламу. У него на сегодня аж семь наград «Давид ди Донателло» за лучшую операторскую работу за разные фильмы для разных итальянских режиссёров.

В том же году он вернулся к сотрудничеству с Сервилло, сняв телевизионную версию комедии Эдуардо Де Филиппо «Суббота, воскресенье, понедельник» для телеканала Rai 2, которая вышла в эфир в ночь на 25 декабря.

«Друг семьи» 2006 года — довольно мрачное кино (сценарий опять самого Соррентино), и только Бигацци делает его картинкой, приемлемой для современной поверхностной аудитории. Фильм тут же появился на Каннском фестивале. Музыку написал Тео Теардо — рокер, основатель итальянской группы Meathead. Фильм был воспринят публикой хуже, нежели предыдущий.

Соррентино решил поднять самооценку и снялся как актёр у Нанни Моретти в фильме «Кайман». А потом снял рекламный ролик FIAT модели Croma с весьма популярным актёром Джереми Айронсом на 45 секунд.

Международный успех режиссёру принесла картина «Изумительный» / Il Divo (2008), где Джулио Андреотти играет Тони Сервилло. Андреотти — это настолько крутой персонаж итальянской истории, что иногда кажется, что Италия видит в нём квинтэссенцию самой себя. Человек, который в молодости писал статьи для фашистского журнала Rivista del Lavoro и… одновременно в подпольный Il Popolo. Тонкий исследователь истории и политического процесса и человек, которого посадили на 28 лет как бы за убийство журналиста, но выпустили. Его обвиняли в связях с мафией и уважали за вклад в развитие итальянской киноиндустрии.

И Соррентино с ним справился — со всем этим масштабом личности. Поэтому — премьера на Каннском фестивале и такой восторг у европейской публики.

Музыка снова Тео Теардо и — на удивление — финского классического композитора Сибелиуса («Дочь севера»). 

Талант и противоречия — вообще стихия Соррентино. Он видит этот конфликт и считает его вполне логичным во всём. Поэтому немудрено, что 27 сентября 2009 года он был одним из тех, кто подписал письмо в защиту режиссёра Романа Поланского.

Тем временем его перо, отточенное на сценариях, покусилось на крупные формы, и он в 2010 году опубликовал свой первый роман — «У них есть все причины» — для издательства Feltrinelli, за который был номинирован на литературные награды Premio Strega и Alabarda d'oro. Роман, безусловно, вдохновлён персонажем первого фильма Соррентино «Лишний человек» 2001 года. Особо популярен он в форме аудиокниги, потому что текст читает сам Тони Сервилло.

Из того, что могли пропустить, — участие Паоло в коллективном фильме «Неаполь 24» (новелла «Принцесса Неаполя»). А заодно стоит посмотреть ещё одну рекламу, которую Соррентино снял для производителя нижнего белья Yamamay.

В Канне Соррентино познакомился с Шоном Пенном, который тогда там заседал в жюри. И пригласил его сняться в первом англоязычном фильме «Где бы ты ни был». 

Это довольно странное кино — Соррентино собрался снять ироничный фильм про нацистского преступника, который сбежал в Штаты.

Вот для иронии он и изобрёл персонажа — бывшего рокера из группы Cheyenne and the Fellows, который буквально срисован с Роберта Смита. Потому что Соррентино — фанат группы The Cure. Шон Пенн ищет нациста, который мучил его дедушку в концлагере. Ну так, довольно противоречиво получилось — неровно. Радует саундтрек, который написали Дэвид Бирн из Talking Heads (собственно, само название This Must Be the Place — это песня Talking Heads) и альтернативный фолк-певец Уилл Олдэм под коллективным псевдонимом The Pieces of Shit. Впрочем, Игги Поп с «Пассажиром» там тоже звучит.

Ну в общем, бюджет фильма — €28 млн, сборы — €11 млн.

Тем не менее Соррентино и соавтор Умберто Контарелло получили премию «Давид ди Донателло» за лучший сценарий в 2012 году. Запомним эту фамилию — Контарелло. Это сценарист «Спрута», который очень хорошо известен русскому телезрителю. Потому что следующий прорыв Соррентино «Великая красота» (и «Молодой Папа») напрямую связан с текстами Контарелло.

«Великую красоту» показали на Каннском фестивале в 2013 году. И несмотря на то что итальянские критики не шибко были обрадованы картиной, она собрала в Италии €9 млн, а потом по миру — ещё €20 млн.

Фильм получил четыре премии European Film Awards («Лучший фильм», «Лучший режиссёр», «Лучший актёр» и «Лучший монтаж»), «Золотой глобус» за лучший фильм на иностранном языке, премию BAFTA за лучший фильм на иностранном языке.

А в марте 2014 года фильм получил «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке, спустя 15 лет после триумфа последнего итальянского фильма в той же категории, а именно фильма Роберто Бениньи «Жизнь прекрасна» (1999). Режиссёр поднял статуэтку вместе с Тони Сервилло и Николой Джулиано. В своей речи он поблагодарил актёров, персонал и съёмочную группу фильма, свою семью, города Рим и Неаполь и свои источники вдохновения, представленные Федерико Феллини, Мартином Скорсезе, группой Talking Heads и Диего Армандо Марадоной, и, наконец, посвятил награду своим покойным родителям.

С тех пор можно сказать, что Паоло Соррентино снова поднял знамя знаменитого итальянского кино.

По мне так интересно, отчего русская публика оказалась впечатлена «Великой красотой», в то время как итальянские профи его отторгли. Итальянцам, в отличие от москвичей, понятно, что Паоло явно пытался влезть в штаны Феллини и его Fellini’s Roma. Они тонко ощутили, что их пытаются накормить фуфлом с претензией не по чину. Возможно, это локальный снобизм, но в этом что-то есть. Хотя бы потому, что Соррентино — не Феллини ни разу. В роли удачливого писателя — снова Тони Сервилло.

Русские видят в фильме красивую картинку от Луки Бигацци, и отпускные воспоминания об ароматной пицце бьют через край. Но разницу в восприятии фильма определяет именно разница между туризмом и иммиграцией.

Картина «Молодость» (2015), которая была номинирована на «Золотую ветвь» в Канне, видится мне гораздо более серьёзной работой. Недаром тут играют монстры кино — Майкл Кейн и Харви Кейтель. Песня Дэвида Ленга Simple Song #3 в исполнение Суми Йо номинировалась на «Оскар» — словно продолжение традиции итальянской оперы. А сама картина не про молодость и не про старость — про те миры, которые теснятся в человеческом сознании.

Ну а с 2016 года Соррентино был занят сериалом «Молодой Папа», который для огромного количества зрителей стал откровением: «А что, так можно было?» 

Удивительное произведение, где противоречивость контента и сарказм авторов отполированы до блеска картинкой Луки Бигоцци, отсекая интеллектуально бесплодных от потребления. Джуд Лоу в роли выдуманного «нового папы» Пия XIII.

Российского зрителя при просмотре обычно мучает вопрос: «Как их не прикрыл Ватикан?» — однако углублённый подход выявляет глубоко христианскую подоплёку всего шоу. Прекрасные диалоги и живописные кадры. Титульная песня тройной перегонки — оригинально написанная Бобом Диланом All Along The Watchtower, приведённая в хитовую форму Джими Хендриксом, и записанный артистом по кличке Devlin инструментал (есть вариант того же трека с самим Эдом Шираном). Всего десять эпизодов чистого кайфа, особенно если смотреть первый раз.

Католическая пресса сериал не жаловала, язвительно заявив, что «шоу нацелено, чтобы порадовать американского зрителя», — тонкий намёк на то, что американская публика традиционно протестантская, папу и престол не жалующая со времён Лютера. Хотя какой на фиг Лютер в Америке? Разве что Кинг.

Но стало понятно, что Соррентино открыл новые клапаны в старом телевизионном формате. И действительно — в Италии начали появляться практически подражатели Паоло. Взять, к примеру, авторов сериала «Чудо: Слёзы Мадонны», написанного Никколо Амманити. Несмотря на то что Амманити состоявшийся писатель и сценарист — его «Ты и я» снял Бернардо Бертолуччи, — сериал получился точь-в-точь такой, словно его написал и снял Паоло Соррентино.

Сразу после «Папы» он снимает «Лоро» про Сильвио Берлускони. И надо отметить, что тут он опять имеет дело с противоречивым явлением в итальянской политике и выходит из схватки достойно и без закидонов. Берлускони играет Тони Сервилло.

А потом вышел второй сезон «Папы» под названием «Новый Папа» (2019) с Джоном Малковичем в главной роли. Несмотря на народную любовь к Джону Малковичу, второй сезон был встречен спокойней — ощущение культурного шока прошло. Я лично так его и не посмотрел до конца. «Малкович-Малкович-Малкович -Малкович».

По идее, нам следует дальше ждать на Netflix новый фильм в 2021 году «Рука Бога». Против фильма уже попытался сыграть Фонд Диего Марадоны, который утверждает, что никто без них не может использовать название, которое отсылает к знаменитому голу в ворота англичан в 1986 году. Но мы-то знаем, что Паоло Соррентино с Марадоной связывает вопрос жизни и смерти, так что он разберётся с фондом.

Но что особенно приятно — он не сбавляет креативного темпа.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.