Комментарий помощника президента России Ю. Ушакова о том, что президент США Д. Трамп ставил вопрос о проведении трёхсторонней встречи с участием лидеров России, США и В. Зеленского (правовой статус последнего вызывает вопросы. — Д. Е.), а также о готовности России принять Зеленского в Москве возвращает нас к вопросу о том, насколько у В. Зеленского в принципе есть реальное желание договориться о прекращении боевых действий с Россией, а не продолжать оттягивать достижение компромисса, используя различные уловки. Одной из хитростей является трёхсторонняя встреча с президентами России и США — на высшем уровне, хотя фигура утратившего легитимность главы режима в Киеве едва ли находится на этом уровне.
Сам факт комментария со стороны Ю. Ушакова говорит о том, что вопрос о встрече в последнее время был на повестке дня.
И это на фоне прямого отказа Зеленского обсуждать территориальный вопрос, что является ключевым элементом «формулы Анкориджа». Без него формула просто теряет смысл.
Встреча с участием президента России Владимира Путина возможна, когда проделана предварительная работа и необходимо снять отдельные проблемные детали. А когда нет ядра, основы возможного соглашения, смысл таких мероприятий сводится к имиджевым эффектам, которые и планирует получить Зеленский. Но это ещё дальше уведёт переговорный процесс от желаемого результата. Создаётся впечатление, что Киев и некоторые силы на Западе (не исключаем их наличия и в США) хотят использовать отсутствие встречи на высшем уровне как предлог и дальше затягивать, а затем и вовсе сорвать достижение соглашения о завершении конфликта.
Поведение В. Зеленского в контексте переговорного процесса — пример относительно успешного использования технологий информационно-политических манипуляций, на профессиональном языке именуемых конструированием постреальности.
Особенностью такой технологии является готовность аудитории поверить в некий образ, существующий только в пространстве коммуникаций. Технология конструирования постреальности прекрасно работала в 2023—2024 годах, когда массы считавшихся разумными политиков Запада поверили, вопреки всем рациональным расчётам, в то, что Украина может одержать военную победу над Россией. Увы, но и в 2025 году эта технология также приносила плоды. Получилось же у Зеленского манипулировать Д. Трампом в сентябре — начале октября 2025 года при помощи рассказов (подкреплявшихся, к слову, и на солидном экспертном уровне на Западе) о «добропольском котле», в котором были якобы окружены тысячи российских солдат. В это же время разворачивалась битва за Красноармейск (Покровск) и Димитров (Мирноград), закончившаяся стратегическим поражением ВСУ. Но на тот момент Киеву было критично сохранить поддержку со стороны Вашингтона. Удивительно, но миф о «добропольском котле» пытаются и сейчас поддерживать на плаву в Киеве. Манипуляция, имевшая мало общего с реальностью, отбросила переговорный процесс на несколько месяцев. Находясь в критической ситуации, Зеленский пытается повторить манёвр.
На что рассчитывает В. Зеленский, помимо желания заработать сиюминутные пропагандистские очки, заявляя, что Россия боится прямого диалога, прямой встречи с ним? В его манипуляциях однозначно прослеживаются три главные линии.
Первая. Подменить обсуждение ключевого вопроса о признании нового политико-территориального статуса тезисами о гарантиях безопасности. И надо отметить, что отчасти эта тактика имеет успех: на слушаниях 28 января в конгрессе госсекретарь и ярый евроатлантист М. Рубио заявил как о почти согласованном решении в рамках гарантий безопасности о возможности ввода контингента западных стран (Франции и Великобритании при поддержке США) на территорию Украины. Хотя негативная позиция России по данному вопросу общеизвестна.
Вторая. Превратить во второстепенный, а затем и вовсе снять вопрос о выборах на Украине, формировании обновлённой системы власти и тесно увязанную с этим проблему хотя бы частичного восстановления прав человека и гражданских свобод на Украине, об отказе от репрессивных мер в отношении инакомыслящих и инаковерующих. И опять стоит признать, что Зеленскому удаётся поселить в свою постреальность как минимум часть политических элит не только Европы, но и США.
Тематика прав человека, вроде бы близкая Западу, несмотря на колоссальный масштаб политических репрессий и религиозных гонений, не обсуждается в Европе и США не только на политическом уровне, но и на уровне общественных организаций.
Третья. Затянуть переговорный процесс в надежде на изменение политической ситуации в США, где у Зеленского и его команды сохраняются серьёзные связи в «политическом Вашингтоне». Впрочем, пострадавший от недавних коррупционных скандалов Зеленский откровенно надеется затянуть переговорный процесс до осени, причём потери территорий его, кажется, уже не интересуют, приоритет — политическое выживание режима.
Таким образом, стратегия вовлечения Запада в постреальность, используемая Зеленским, пусть и не так эффективно, но работает. А значит, на Западе, и в том числе в США, есть силы, продолжающие если и не верить Зеленскому на слово, то, исходя из своих соображений, в его постреальность играть. Почему бы в таких условиях не попытаться разыграть перед Д. Трампом, любящим масштабные мероприятия «презентационного типа», карту с «саммитом»?
Так что в связи с комментариями Ю. Ушакова возникает ещё один вопрос, в действительности ключевой: а способны ли США принудить Зеленского к компромиссным договорённостям?
Мирный процесс не может быть бесконечным: он должен дать некий результат. И пока однозначного ответа на этот вопрос не получено.
Но есть и хорошие новости. Если судить по последним утечкам из «политического Вашингтона», хотя и периодически опровергаемым (но в данном случае явно дыма без огня не бывает), администрация Трампа требует от Зеленского практических шагов в рамках выполнения «формулы Анкориджа». И их главным элементом является выполнение условий Москвы по территориальному вопросу, а проще говоря, вывод ВСУ с территорий ЛНР и ДНР. Что был вынужден признать и М. Рубио. Также неприятным сигналом для Зеленского стало то, что С. Уиткофф и Дж. Кушнер не будут принимать участия в следующем раунде переговоров в ОАЭ. Это зримое свидетельство того, что возможности утратившего легитимность Зеленского манипулировать американской стороной, опираясь на наработанные ранее лоббистские связи, начинают исчерпываться.
Верить Зеленскому, в том числе и на фоне коррупционных скандалов, стали всё меньше и меньше, причём даже в Европе. Ситуация для главы киевского режима складывается откровенно критическая. В. Зеленский это, безусловно, осознаёт. Равно как и то, что без способности манипулировать политиками Запада он всего лишь политический и экономический банкрот, который вот-вот станет окончательным банкротом на «поле боя». А значит, он будет действовать ещё более агрессивно.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.