«Не хватайтесь за чужие талии…», ищите своего человека, положив на это все силы души. Найдя, оставайтесь с ним навсегда. Ищите свой мир самоотверженно, без стонов и прихотей. Найдя, оставайтесь в нём навсегда. Прочее — злой и бессмысленный самообман. Впадение в него не то чтобы смертный грех, нет. Скорее самая обычная и глупая смерть «по неосторожности» — вследствие утончённо-изощрённого самопредательства.
Такое свойственно людям.
Свойственно такое и большим формам социума — государствам.
31 декабря 1978-го на советском телевидении состоялась премьера фильма «31 июня». Вернее, в час ночи 1 января 1979-го. Время, отведённое для трансляции, определяло, в некотором смысле, сомнительность зрелища. Ведь всё верно выдержанное чаще прочего приключалось после программы «Время» — в 21:40 мск.
Надо знать наш народ — мы чувствительнее любого радиоприёмника. Нам только дай краешек волны, уж мы и сами дальше домыслим, дочувствуем.
Чувства были обмануты.
Народ увидел сказку.
Добрую.
Уже на следующий день главный экзистенциальный вопрос любого человеческого существа планеты Земля пропевался советскими прохожими на праздничных улицах и отмечающими у праздничных столов.
Всегда быть pядом не могут люди,
Всегда быть вместе не могут люди.
Hельзя любви, земной любви пылать без конца.
Скажи, зачем же тогда мы любим?
Скажи, зачем мы дpуг дpуга любим,
Считая дни, сжигая сеpдца?..
Татьяна Анциферова. Её голос. Которая вместе со Львом Лещенко пела «... до свиданья, наш ласковый Миша...», а олимпийский стадион рыдал, а Таня всеми силами дистанцировалась от «певцов про партию»... Это она исполнила все знаковые песни в фильме. Очень хорошо исполнила. Там вообще все молодцы. Фильм гениальный. Только вот... Или слишком многого хотим мы от людей?
Не кинокритик я, да и незачем есть чужой хлеб. Я про музыку. И между тем более 100 стран мира купили «31 июня» и пустили у себя в прокат. С чего бы так?
А очень просто: музыка Александра Зацепина уверенно била даже и самого Ллойда Уэббера (будто там было что бить — извините), что и дало телезрителям крепкий мюзикл с умными текстами на базе фэнтези в староанглийском стиле и вполне себе по отдалённым мотивам модного и прогрессивного Джона Пристли.
Принцесса, драконоведение, злые и добрые чародеи, звёздный мост, «их» Англия с нашими высокоморальными смыслами в считываемых межстрочьях, настоящая любовь без взвешивания «за и против», великие жертвы, великий финал, отвергнутые второстепенные герои и победа, окончательная победа духа над временем, пространством и даже судьбой...
Любви всё вpемя мы ждём, как чуда,
Одной-единственной ждём, как чуда,
Хотя должна она, должна сгоpеть без следа.
Скажи, узнать мы смогли откуда?
Узнать пpи встpече смогли откуда,
Что ты моя, а я твоя любовь и судьба?
О! Это было так по-советски — через их же текст им же и показать, ради чего и во имя чего должен строить свою жизнь и судьбу человек нового свободного мира, человек, мыслящий не масштабами личного и персонального счастья за шестиметровым (двухметровым) забором, но масштабами Вселенной...
Мы рождены, чтоб сказку...
И так и должно было бы быть...
Это реквием. Быть может, и один из самых светлых. Созданных с наилучшими, с наиблагороднейшими целями. И между тем — реквием.
Принцессу играла Наталья Трубникова, балерина Московского академического музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко. Прекрасная, как греческая богиня. Николай Ерёменко в роли принца и отважного рыцаря-суженого. Что ещё надо советскому человеку, кроме как взглянуть на такое вот возможное и рукотворное счастье?
Ах да... Годунов. Александр. Солист балетной труппы Большого театра. В роли придворного музыканта.
В августе 1979-го во время гастролей в Нью-Йорке Годунов попросил убежища. А его жена Людмила Власова (в фильме у неё тоже есть роль — фрейлина принцессы) — не попросила. Трёхдневное противостояние в аэропорту имени Кеннеди, удержание нашего Ил-62 с 68 гражданами СССР на борту, включая Власову, дипломатические переговоры на высшем уровне (Брежнев и Картер тоже оказались вовлечены — дело было нешуточное), вылет рейса в Москву...
И фильм лёг на полку на семь лет. А потом ещё и Зацепин отбыл во Францию при живом СССР. Нужно ли это было Брежневу? Даже и не смешите... Суслову? Ну... Всегда найдётся тот, кому это нужно. Потому как — зеркало. И пенять именно что на него охота. А как пенять, если сам в нём, пусть и не буквально, отражаешься?
Режиссёр фильма, гениальный Леонид Квинихидзе («Небесные ласточки», «Соломенная шляпка», «Мэри Поппинс, до свидания»), и так был не на лучшем счету: его прежняя жена, Наталия Макарова, не вернулась в 1970-м с гастролей, попросив убежища в Англии. Вот все шишки на него и посыпались. Хотя он-то искренне верил в то, что делал.
О чём же речь?
И почему реквием?
И кому?!
«Никто не любит советскую власть, да вот беда, другой не имеется!..» Вот и не любили. Откровенно. А то и действенно. Не возвращались или просто презирали на месте хлебном, по-тихому. Посмеивались. Шушукались по углам про «всё у них Ленин-партия-комсомол...» Но в советских мюзиклах снимались и пели с удовольствием.
Получали роли. Получали за них деньги. Жили, не зная бед. Так себе шла-шла, да и вышла вся — Советская власть. А люди у экранов... Так то, вероятностно, их проблема, простачков доверчивых и на всякие глупости сказочные падких. Нечего было уши, красной пропагандой забитые, развешивать.
И точка.
Смыслы! Любовь!!! Да идите вы все...
Мы часто любим не за то, каков есть некто, но более за то, каким хочет он быть. Стремление к совершенству — есть грань самого совершенства. Грань неотъемлемая.
Сколько воды утекло... Где та принцесса Мелисента, где сэр магнитофон... Мы очень хотели быть подобными богам, да и во многом были. Скорее, правда, титанами, бросившими вызов и богам, и «высокоразвитому миру капитализма».
Всё получилось, как получилось. И реквием по самим себе не худшее дело, будет и новая жизнь. И в той новой жизни вот что будет важно: избегнуть лукавства и фиги в кармане. Когда говоришь по заученному одно, а мыслишь про себя куда как иное...
Фильм пересмотрите. О судьбах актёров почитайте. Отрезвляет. Даёт надежду. И горестный урок... Впрочем, настоящее всегда стоит больше любых денег. Настоящее стоит жизни. И в этом, собственно, всё о нашем прошлом. И о любви истинной, что превыше всего...
Нет той страны, нет и 31 июня. Если, конечно, не закралась в наши расчёты какая-нибудь досадная ошибка. Если не закралась...
R.I.P.
AVE!
Мир без любимого —
Солнце без тепла,
Птица без крыла.
Край без любимого —
Горы без вершин,
Песня без души...
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.