RT

На Северном Кавказе Хлопонин соберет «звездный десант»

В развитии туризма и других отраслей экономики Северного Кавказа полпред президента РФ Александр Хлопонин делает ставку на активное привлечение местной молодежи. Почти десять тысяч человек - «звездный десант», как он их называет, - должны будут пройти профессиональную подготовку и затем принять непосредственное участие в подъеме родного края.

Господин Хлопонин, спасибо большое, что согласились дать нам интервью.

 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН, полпред президента РФ в СКФО: Спасибо вам.
 
По словам президента Медведева, одна из главных проблем, которые сегодня стоят перед многими странами, в том числе и Россией, - это межнациональная напряженность и этническая преступность.
Многие россияне считают, что источник этих проблем - на Кавказе, который вам доверили курировать. Что с этим можно сделать?
 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: Я категорически не согласен с тем, как вы это представляете: Кавказ - вовсе не эпицентр этнической преступности. К сожалению – и это не раз подчеркивалось, – у преступности нет национальной принадлежности. Я бы, скорее, поддержал тех, кто считает, что преступная группировка, о которой идет речь, не принадлежит ни к какой конкретной этнической группе.
 
Еще одна важная проблема, которую сегодня необходимо решить, - это проблема миграции. Миграция – это, к сожалению, а возможно, и к счастью, экономический процесс. Строго говоря, в современной России два главных центра: Москва и Санкт-Петербург, может, еще 2-3 города, агломерации, которые могут предложить массу возможностей для ведения бизнеса, рабочих мест и всего, что имеет к этому отношение. Эти центры привлекают людей из северокавказских республик, из Сибири и с Дальнего Востока, стимулируя тем самым приток мигрантов в крупные города. Это главная причина, и она имеет исключительно экономический характер.
 
Однако то же самое можно сказать и об образовании. Сегодня самые популярные и престижные ВУЗы находятся в Москве и Санкт-Петербурге. Поэтому естественно, что молодые люди стремятся поступить именно туда. Мы должны сосредоточить свои усилия для решения этой проблемы и на государственном уровне предпринять все необходимые меры, чтобы на Северном Кавказе и во многих других городах России появились аналогичные, конкурентоспособные образовательные учреждения, если мы хотим развивать нашу огромную страну.
 
Еще одна по-настоящему серьезная проблема - неограниченный приток дешевой рабочей силы из бывших советских республик. Сегодня это огромная проблема. Мы получаем дешевую неконтролируемую рабочую силу, которая не всегда отличается цивилизованностью и культурой и не всегда может адаптироваться к жизни в столице и других больших городах. Необходимо сконцентрироваться на этой проблеме.
 
У меня есть два взаимосвязанных вопроса. Первый вопрос касается убывания коренного русскоговорящего населения с Северного Кавказа - и не только студентов, которые уезжают в большие города, но и простых обывателей. Ведь это нельзя сравнить с Сибирью и Дальним Востоком, поскольку в отличие от них на Кавказе существует этнокультурная замкнутость, которая стала результатом миграции внутри страны, что в итоге может привести к расколу страны. Как сделать так, чтобы реинтегрировать население обратно на Северный Кавказ?
 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: Давайте взглянем на эту проблему под другим углом. Кому это выгодно? Если вы думаете, что Республике Дагестан, Чеченской Республике, любой другой республике выгоден отток русскоязычного населения, то вы в корне ошибаетесь. Им как хлеб, как воздух необходимо русскоязычное население, потому что русский язык связывает различные национальности, проживающие на территории Северного Кавказа.
 
Здесь есть и другой момент - так называемое понятие мобильности населения. И то же русскоязычное население – оно более мобильно в этом плане, нежели кавказское население, которое сильнее привязано к собственному дому, к корням, земле и традициям. Государство должно решать эту проблему путем создания новых конкурентных рабочих мест. Мы считаем, что в рамках программы развития Северного Кавказа мы должны создать условия, которые будут способствовать притоку русскоязычного населения в регион. Мы крайне заинтересованы в работе над осуществлением задуманного. И меня особенно радует, что в создании таких условий заинтересованы и сами республики.
 
В августе на Северный Кавказ приезжала высокопоставленная французская делегация, которая объявила, что собирается вложить значительную сумму денег в развитие туризма на Северном Кавказе. Не получится ли так, что  один район станет некоей туристической зоной, за которой будет продолжать царить беспредел?
 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: То есть вы хотите сказать, что будет зона, в которой будет закон и порядок, а за пределами этой зоны будет царить хаос и страдания?
 
Я спрашиваю, насколько возможен такой сценарий.
 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: Нет, конечно! Я хочу, чтобы вы поняли: мы не собираемся заново изобретать велосипед. Мы не придумываем некие конструкции, о которых до нас никто не слышал. Совершенно очевидно, что до тех пор, пока местное население не будет интегрировано в процесс развития той же туристической зоны, все наши попытки строить горнолыжные подъемники и пятизвездочные отели – это все неизбежно будет ждать провал, если мы не привлечем местное население. Местное населения должно участвовать во всех изменениях. Каким образом мы собираемся это сделать? Во-первых, мы должны собрать то, что я называю «звездным десантом». Речь идет почти о десяти тысячах молодых людей, которые будут работать в сфере туризма и обслуживания. Они должны быть местными и жить в районах, где будет развиваться горнолыжная зона.
 
Во-вторых, мы собираемся брать молодых людей, проживающих в населенных пунктах, расположенных рядом с горнолыжной зоной. Мы будем обучать их и делать все, чтобы они смогли открывать свой малый и средний бизнес, иногда используя господдержку. Так, они могут открывать небольшие гостиницы для туристов. Мы хотим, чтобы люди могли зарабатывать деньги. Если люди почувствуют, что они вовлечены в этот процесс, то я вообще не вижу никаких проблем.
 
В свое время то же самое было в Австрии. На одной из конференций вице-канцлер Австрии говорил о том, что, когда они развивали свою инфраструктуру, у них также были взрывы. Он подчеркнул, что местное население тоже было крайне недовольно, пока власти не вовлекли их в происходящие процессы. До этого проект продвигался с большим трудом.
 
Господин Хлопонин, вы сказали, что мирные граждане, деловые люди и даже государственные чиновники платят террористам, чтобы обеспечить свою безопасность, а эти деньги позднее используются для финансирования терактов. Что можно с этим сделать, если даже чиновникам и мирным жителям приходится платить террористам?
 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: Прежде всего, я бы сказал, что дело в определенной нехватке доверия со стороны предпринимателей. Они не верят в то, что федеральные власти могут защитить их от этих преступников-вымогателей, которые в последнее время активизировались на Кавказе. Однако сейчас ситуация меняется. Мы активно работаем над тем, чтобы объяснить людям, что помощь и пособничество терроризму - это преступление не менее серьезное, чем сам терроризм, и что любое выделение денег террористу может рассматриваться как преступление и приравниваться к проведению теракта. Сегодня многие местные жители и предприниматели сотрудничают с правоохранительными органами. Результаты постепенно улучшаются, но, опять же, это длительный процесс.
 
Я разговаривала с несколькими лидерами северокавказских республик, и у них разные мнения. Некоторые говорят, что переговоры с террористами необходимы, а другие считают, что с террористами не может быть никаких переговоров. Вы считаете, что власти должны вести переговоры с террористами?
 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: Я считаю, что с террористами нечего обсуждать. Но мы должны общаться с родителями, чьи дети ушли в леса и еще не совершили никаких преступлений. Если есть возможность вернуть их из лесов с помощью религиозных лидеров, родителей и членов семей, советов старейшин или любых других социальных институтов, мы должны сделать все возможное, чтобы ею воспользоваться.
 
Мы должны поощрять тех, кто сообщает нам об этих людях, которые готовы сложить оружие и начать жить мирной жизнью. Мы должны объединить усилия в этой работе. Но как только они берут оружие и совершают преступление, с ними больше не о чем говорить.
 
А сколько на сегодняшний день на Северном Кавказе действует террористов?
 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: Мы любим называть цифры, но вообще очень сложно отличить: бандит это или террорист. Общее число, которое я обычно называю СМИ, – как небольших группировок, состоящих из 5-6 человек, так и больших группировок в размере от 20 до 30 человек – до тысячи человек во всех республиках Северного Кавказа. Все главари известны, и мы ведем серьезную работу.
 
Они финансируются изнутри страны или зарубежными странами тоже?
 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: Судя по последним данным, соотношение финансирования из-за рубежа и внутри России составляет 10 к 90 в пользу России. Им не нужна поддержка международных организаций и каких-либо других всемирных террористических сетей типа «Аль-Каиды» - им достаточно тех денег, которые они получают от представителей бизнеса.
 
Это как раз говорит о том, что это скорее бандитизм, чем терроризм. Но при этом, еще раз хочу подчеркнуть, у нас действительно есть поток средств, которые поступают со стороны западных фондов, различных благотворительных организаций, правозащитных организаций, которые идут в том числе на финансирование радикальной религиозной литературы и нескольких бандглаварей, которые используют детей для достижения своих целей на Кавказе.
 
Господин Хлопонин, многие жители Северного Кавказа уезжают учиться в мусульманские страны, такие как Пакистан и Саудовская Аравия. К моменту их возвращения где та тонкая грань между духовной свободой и осознанием себя гражданином светского государства?
 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: Эта грань размывается, к сожалению. Безусловно, у нас есть эта проблема. До недавних пор мы действительно даже не были в курсе того, сколько молодых людей уезжают получать религиозное образование в такие страны, как Саудовская Аравия, Пакистан, Египет и ряд других стран. И фактически, человек, проживший пять лет и получивший образование в Саудовской Аравии, которая на самом деле является абсолютно несветским государством, возвращается в нашу страну, где действуют светские институты власти и законы. Он теряется в этих реалиях. Такие люди нуждаются в особом подходе и в программах по адаптации.
 
Разные страны по-разному решают эти задачи. Скажем, Турция и, в частности, Азербайджан фактически приняли решение о том, что будут вести активную работу по адаптации таких людей. До того момента, пока человек действительно не пройдет полный курс адаптации к светским законам, к определенным правилам, принципам поведения и не будет готов соблюдать эти законы, он не имеет права занимать ни одну должность ни в одной государственной структуре, муниципальной или региональной, и даже заниматься бизнесом. Сначала они должны пройти определенный процесс адаптации. К сожалению, никакой нормативной базы в связи с этим не существует. Это очень сложная система. Она требует очень кропотливой работы со стороны их семей, например, на уровне отношений с родителями. Мы должны вести учет детей, которые уезжают учиться за границу, поскольку мы не можем запретить им получать религиозное образование.
 
Параллельно мы, безусловно, должны на территории Северного Кавказа развивать свои религиозные институты, которые готовили бы специалистов в области исламоведения. Самое важное, как мне кажется, - это создание светского института исламоведения на базе Северо-Кавказского федерального университета или на базе любого другого существующего вуза.
 
Сейчас очень много говорится о демократии и о ее развитии в стране, и большинство людей верят, что рано или поздно мы сможем достичь демократии по западной модели. Но на Кавказе столетиями существуют институты, которые очень сложно искоренить, и они совершенно непонятны западному менталитету. Например, тейповые системы, исламский джамаат, особые системы права. Нужно ли вообще этому обществу демократия по западной модели?
 
АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: Я не знаю, что такое западная модель. На самом Западе существуют различные виды демократии. Что касается политической трактовки демократии, то здесь каждый хочет навязать другим странам свое видение демократии. Я против этого. Я считаю, что у России свое демократическое развитие.
 
Что касается наших республик, то я бы не стал драматизировать ситуацию, касающуюся особенностей Северного Кавказа. Возможно, сегодня есть одна значительная проблема, которую мы должны постепенно разрешить. Речь идет об определенном атавизме прошлого, который последние 20 лет по каким-то причинам заново вводился на Кавказе.
 
Я говорю о том, что органы исполнительной власти наших регионов формировались по принципу этнической принадлежности. Это наиболее острый вопрос, который становится причиной разговоров о кланах и коррупции. Органы исполнительной власти должны формироваться, основываясь скорее на профессиональных, чем на этнических принципах. Что же касается принципов, имеющих отношение к национальности, традициям, культуре и религии, существующим в республике и на Кавказе в целом, то они должны быть сформулированы в парламенте, где все это будет отражено в законах.  
 
Господин Хлопонин, спасибо большое за интервью.
 
 

 

Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT
В нашем паблике в VK самые свежие статьи и сюжеты зарубежных СМИ
источник
RT Россия Европа
теги
мигранты Россия Северный Кавказ
Сегодня в СМИ
Загрузка...

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Загрузка...
Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG